«Подготовка национально ориентированных кадров СМИ с целью изменения отношения людей к Пакистану и направления в другие страны пресс-атташе для противодействия западной пропаганде в СМИ. Государственные интересы должны быть защищены любой ценой, но порой СМИ переходят все границы и наносят государственным интересам непоправимый ущерб»[194].
Другой пример, иллюстрирующий готовность китайского правительства сотрудничать со «странами-изгоями», еще более нагляден, поскольку эти действия призваны укрепить репрессивный потенциал авторитарного режима: речь о финансировании Китаем «Школы разведки имени Роберта Мугабе» в Зимбабве. Вряд ли именно такая инвестиция в образование требуется некогда цветущей стране, разоренной тем самым Робертом Мугабе и его прихлебателями. Миссия новой школы официально описывается как «ответ на современные глобальные вызовы»; неудивительно, что в школу зачисляют только «приглашенных кандидатов». Программа обучения охватывает следующие дисциплины: шифрование, лингвистика, анализ разведданных, разведывательная работа с людьми, военная разведка, создание и поддержание системы сбора разведданных, контрразведка, анализ видеоданных, аналитика в разведывательных резидентурах, аналитика разведывательной информации, сбор данных и так далее, – а все дисциплины преподаются китайскими инструкторами[195].
В отличие от министерства финансов США, политика которого основывается на восхвалении Китая (того ни в коем случае нельзя наказывать, потому что он постоянно проявляет готовность увеличить стоимость юаня и наконец-то внедрить в жизнь защиту интеллектуальной собственности), Государственный департамент предпочитает трезво оценивать реальность, отличая Китай от прочих нейтральных государств вроде Индии и сопоставляя его скорее с Российской Федерацией или Венесуэлой. Китай сотрудничает с США только в том случае, когда такое сотрудничество ему выгодно, и всегда противодействует США, если такое противодействие укладывается в его собственные интересы. Противодействие – режим по умолчанию, а сотрудничество чаще всего просто декларируется. Напротив, Индия, например, часто оппонирует США, но всякий раз по своим понятным причинам, плохим или хорошим, а не потому, что имеет возможность противоречить. Данное положение дел, по мнению Госдепартамента, оправдывает энергичное противодействие Китаю, едва тот вспоминает об экспансионистской политике, пусть необходимость сопротивляться китайской экспансии еще не признана даже в качестве политической концепции, не говоря уже о политических целях. Потому-то Госдепартамент энергично реагирует на экспансионистское давление Китая на Вьетнам из-за Парасельских островов и островов Спратли, на случаи, когда Китай давил на Лаос, Таиланд и Камбоджу, возводя дамбы в верхнем течении реки Меконг, или на Бруней, Малайзию и Филиппины по поводу островов Спратли, а еще – когда китайцы конфликтовали с Японией (китайские притязания на острова Сенкаку и прилегающую акваторию).
Министр финансов Гайтнер (учился в Китае и занимался китайской тематикой в прибыльной фирме «Киссинджер ассошиэйтс») неизменно проявляет дружелюбие на частых встречах с китайскими официальными лицами[196], а вот госсекретарь Клинтон открыто и неоднократно критиковала министра иностранных дел Китая Яна Цзечи на встречах стран АСЕАН (правда, его вряд ли можно назвать коллегой госсекретаря США, поскольку МИД КНР только претворяет в жизнь политику, но непричастен к формированию оной).
За последние два года, считая с зимы 2010 года, госсекретарь Клинтон предприняла следующие действия:
– публично настаивала на том, что спор вокруг островов Спратли должен разрешаться на многосторонней основе между Китаем и прочими странами АСЕАН, а не на двусторонней основе – между Китаем и каждой конкретной «малой страной», как предлагал Ян Цзечи. Сначала это требование США было отвергнуто на двух саммитах АСЕАН, но после провала попыток запугать Вьетнам и переубедить другие страны китайцы, как уже упоминалось, согласились на многосторонние переговоры по выработке кодекса морского поведения в декабре 2010 года;
– заявила, что на острова Сенкаку должно распространяться действие договора между США и Японией от 1960 года (о взаимном сотрудничестве и безопасности), тем самым отвергая китайские притязания на эти острова, хотя обычно внешняя политика США избегает подтверждения или осуждения тех или иных взаимных территориальных притязаний других стран;
