«Белый маг второго уровня Вудро Эткин… Был назначен хранителем бесценной коллекции артефактов…»
Перед глазами Кармен мелькали строчки газетной статьи. Вспомнила она и шепот бедного господина Эткина, умолявшего ее взять странный, словно возникший из воздуха, ключ и спасти «хотя бы его». Вспомнила циничную ухмылку Рагнора Неро и его слова: «Самые ценные вещи теперь в моей власти». Кармен сложила в уме одно с другим. Видимо, Рагнор Неро решил прибрать к рукам артефакты, которые находились под опекой Вудро Эткина. Похищать коллекцию или отдельные предметы было слишком рискованно. А возможно, они слишком хорошо охранялись. Поэтому Рагнор Неро решил договориться с хранителем артефактов. Видимо, темный маг посулил ему какую-то награду в обмен на свободный допуск к тем или иным вещам. А Вудро Эткин это предложение отверг… за что и поплатился жизнью. Убегая от Рагнора Неро и его преданных «песиков», Эткин попытался спасти хотя бы мелкие артефакты. Спасти удалось, по всей видимости, только ключ, который попал к Кармен. Впрочем… удалось ли?.. Учитывая, что сама Кармен находилась под властью Рагнора Неро, «спасение» выглядело более чем сомнительным…
Оказался ли новый хранитель коллекции более сговорчивым, чем Вудро Эткин?.. Или темный маг продвинул на эту должность «своего» человека?.. Оставалось только гадать. Однако, как бы то ни было, судя по всему, своего Рагнор Неро добился… Бедный господин Эткин, думала Кармен. Ведь, получается, его жертва была напрасной.
Впрочем…стоило пожалеть не только бывшего хранителя коллекции артефактов, но и их с Лили. Было ясно как день: темный маг ни за что не даст им очутиться на воле. Тогда почему же он не убил опасных свидетельниц?..
Скорее всего, угрюмо думала Кармен, он решил сгноить их в своем доме, как в тюрьме. Он будет вечно держать их взаперти, подальше от мира, подальше от людей…
Однако вскоре эта догадка Кармен отчасти поколебалась. Однажды утром, перед тем как усадить пленниц за очередную порцию работы, Рагнор Неро объявил, что на следующей неделе их навестят родственники…
– Ваши родители изъявили желание вас увидеть – и я не стал возражать, – спокойно сказал маг. – Хотя принято, чтобы дельфы жили изолированно от семьи и друзей… Но я не настолько консервативен. – Рагнор Неро широко улыбнулся.
Лили (Кармен видела это по выражению ее лица) была просто счастлива. Причем радовалась она не только тому, что наконец-то встретится с родными. Но и внезапной доброте мага, позволившего этой встрече состояться. Кармен же иллюзий не питала. Она понимала, что никакой «добротой» тут и не пахнет. Рагнору Неро просто выгодно продемонстрировать своих пленниц – показать, что они живы и здоровы, чтобы не возбуждать возможных подозрений. Маг открыто подтвердил ее догадку.
– Надеюсь, – с такой же улыбкой продолжал он, – что своим цветущим видом вы успокоите родителей. Которые, безусловно, тревожатся за вас. Рассказами о моем гостеприимном доме вы должны развеять все их тревоги. Поскольку на время свидания вы освобождаетесь от работы в библиотеке, считайте это… маленьким домашним заданием.
… В назначенный для встречи день за Кармен и Лили пришел один из темно-синих. Он отвел пленниц в холл, где их ждал второй слуга. Темно-синие открыли входную дверь и велели девушкам следовать за ними. Впервые, спустя много дней (или недель?!), пленницы оказались на свежем воздухе.
Холодное, мглистое позднее утро…Солнца не было и в помине – небо заволокло непроглядно-серыми, низкими тучами. Изо рта валил пар. Судя по всему, золотая осень уже миновала. Кроны деревьев, растущих за оградой, растеряли листья, и их голые ветви чуть подрагивали на ветру. И без того угрюмый двор дома Рагнора Неро в это утро выглядел совсем мрачно. И все же после долгого заточения в четырех стенах, вдыхая полной грудью стылый осенний воздух, Кармен чувствовала себя почти счастливой.
Темно-синие, взяв пленниц под руки, отвели их к воротам. Ворота были очень широкими – очевидно, их открывали только для лимузина. Зато рядом обнаружилась небольшая резная калитка. Один из темно-синих открыл ее и велел девушкам идти вперед. Сами темно-синие двинулись следом. Но Кармен тут же забыла о них: там, за калиткой, она увидела свою семью.
…Они стояли, сбившись в кучку, словно стая замерзших птиц – родные Кармен и родные Лили. Как только девушки вышли из калитки, стая разделилась, и уже через несколько секунд Лили исчезла в объятиях родителей, а на шее Кармен с визгом повисли братья-близнецы. Смех, восклицания, радостный лепет… Казалось, в угрюмом полотне осенних туч нашлась прореха, и сквозь нее хлынул поток солнечных лучей. И только темно-синие оставались безмолвными и бесстрастными.
Расцеловав Тома и Дика, Кармен подняла глаза на мать. И встретила ее встревоженный, изучающий взгляд.
Она слегка осунулась. Немного изменила прическу… А вот плащ остался прежним – старый мамин плащ… Кармен почувствовала ком в горле и через силу улыбнулась. Мать, немного помедлив, ответила на улыбку, но в глазах ее по-прежнему была тревога.
– Ну, как ты здесь, Кармен?
– Нормально, мам.
