– Я не собирался уходить из жизни, мой поступок был скорее демонстративным. Хотелось привлечь к себе внимание, крикнуть взрослым: «Эй, ребята, не забыли обо мне? Я – рядом, и мне плохо!» Меня нашла мать. Потом было очень больно и гадко, и я столько раз жалел, что устроил эту «акцию», – вздохнул Гений. – Тем более что никому ничего не доказал. Отец угрызениями совести не мучился, а мать… Моя бедная мать совсем спятила.
– Что ты такое говоришь? – вдруг пискнула за его спиной Мила. – Я знаю твою маму, она до сих пор…
– Что? – бросил Гений с таким видом, будто до него донеслось еле слышное жужжание мухи, и верная помощница тут же осеклась. – После этого происшествия мать резко бросила пить, но ударилась в религию. Времена были тяжелые, у нее на работе все развалилось, но, вместо того чтобы реализовать наконец-то свои амбиции и попробовать силы, например, в бизнесе, она устроилась в какой-то приют, на сущие гроши. Теперь мне регулярно читались проповеди про смирение, про то, как важно прощать… Я с ума сходил от ярости! У меня – эти шрамы на руках, дома – развал и есть нечего, отец жирует с новой семейкой, а тут – «кротость, прощение, покаяние». К счастью, на тот момент я уже вполне мог жить самостоятельной жизнью. От отца я считай что отрекся – получая паспорт, взял фамилию матери. Не желал иметь с этим мерзавцем ничего общего!
Может быть, зря он все-таки выбрал психологию? Глядя на деловито сложенные руки Гения, я легко представляла его успешным бизнесменом. Во время учебы в институте он, оказывается, пробовал разные виды деятельности, и все, что было связано с переговорами и продажами, ему удавалось блестяще. В те годы многие получали диплом «для галочки», не собираясь работать по полученной специальности. Он же не бросил профессию, а терпеливо нарабатывал опыт, писал кандидатскую. И дождался времен, когда его ораторские способности, харизма и далекий от этики подход пришлись ко двору.
– Погоди-ка, – встряла в рассказ о достижениях на ниве психологии Галя. – А что в итоге стало с твоим отцом? Неужели ты ему отомстил?
В зале повисло выжидающее молчание, и вдруг в тишине явственно раздалось жужжание мобильного. В следующее мгновение Мила, на ходу отдав боссу часы и выхватив из кармана телефон, понеслась к дверям. Ага, значит, она – с мобильным, ей можно, а нам нельзя!
Протест уже рвался с моих губ, когда Гений с убийственным спокойствием произнес:
– Он отомстил сам себе. Свойство слабых людей заключается в том, что, даже достигнув какой-то высоты, они не в силах на ней удержаться.
Мы недоуменно молчали, не понимая, куда он клонит.
– Попробую объяснить, – снизошел до простых смертных наш лидер и обратился к моей подруге: – Аня, твоя идея с игроманом была великолепной! Поставить человека в ситуацию выбора – это ли не гениально? Никакой мести, никакой руки судьбы, только сама личность с ее достоинствами и пороками. Шанс стать еще сильнее и успешнее против стремительного, по своей вине падения – справедливо, не так ли? Я всегда умел договариваться, вот и тогда мне хватило парочки деловых встреч, чтобы организовать отцу условия, так сказать, лабораторного эксперимента. В институте я наблюдал за подобным действом у психофизиологов. Голодной крысе нужно было выбрать кратчайший путь к лакомству, проходя через извилистый лабиринт, и это было довольно занимательно. Я модифицировал эксперимент, и теперь «крыса» могла или найти еду, или попасть в пружинную ловушку, переломав себе хребет. Прискорбно, но мой отец оказался на удивление глупой, недальновидной «крысой». Ему не удалось отбить атаки конкурентов и повернуть ситуацию в свою пользу. А я неожиданно нашел свое призвание: помощь униженным и борьба за справедливость.
Гений замолчал, ставя точку в рассказе и от души наслаждаясь произведенным эффектом. А мы будто вросли в стулья, «переваривая» услышанное и не зная, как относиться к его поступку. От попытки собраться с мыслями меня отвлек стук распахнувшейся двери. В глухой тишине каблуки Милы простучали особенно громко. Она со странным каменным лицом подошла к рядам и, не спросив разрешения у босса, вскинула пульт, который сжимала в руке. Справа от сцены тут же зажегся прикрепленный к стене средних размеров монитор.
На экране возникла строгая, в светлых тонах студия с логотипом известного телеканала в углу.
– Новость с пометкой «срочно». Сегодня на восемьдесят первом году жизни скончался видный деятель искусства… – горестно вступила молодая симпатичная ведущая в черном костюме.
Я уже не слышала ее, во все глаза глядя на знакомое благородное лицо на экране и черные буквы на ярко-желтом фоне: «Умер прославленный дирижер».
– Рита, ну сколько можно повторять, ты ни в чем не виновата! – Алик порывисто сжал мое мокрое от слез лицо в ладонях и не без раздражения бросил: – Хватит, приди уже в себя! Написала ты эту статью, ну и что? Не ты же таскала его по этим дурацким ток-шоу!
