В первые дни после ухода Ксенона с войском в Карию Олег неистово подгонял своих воинов, желая поскорее достроить крепость. Но вскоре ему стало ясно, что на окончательную достройку крепости уйдёт целый месяц, а то и больше. Тогда Олег разом охладел ко всему, связанному с переноской камней, замешиванием скрепляющего раствора, рытьём траншей и рвов. Олег целыми днями слонялся по окрестным холмам, густо поросшим стройными кипарисами и колючим барбарисом. В укромных долинах между холмами тут и там прятались маленькие селения из двух-трёх крестьянских семей. Более крупные деревни лежали на берегу моря, там жили рыбаки и ловцы раковин.
Вскоре Олега везде и всюду узнавали и приветствовали местные жители. Олег был желанным гостем и у пастухов в горах, и у земледельцев на равнине, и у рыбаков в приморской низине. Людям было удивительно, что знатный военачальник, возглавляющий местный гарнизон, доступен и приветлив в общении с бедняками. А когда прошёл слух о том, что Олег родом с Руси, то почтение к нему лишь возросло. Местным жителям казалось, что далёкая православная Русь помогает ромеям в их борьбе с жестокими сельджуками.
Олег поражался благодатному климату, царившему на азиатском побережье. На здешней земле стремительно шли в рост пшеница и ячмень. Под щедрым южным солнцем наливались соком плоды на грушевых, персиковых и абрикосовых деревьях. Повсеместно в изобилии произрастали яблони, орешник, алыча и дикая слива. По склонам холмов тянулись виноградники. У местных жителей было столько вина, что они купали в вине коней и мулов – это было проверенное средство от лишая и власоеда.
Лошади и волы имелись только у зажиточных крестьян, зато ослов, коз и свиней имели в своём хозяйстве даже местные бедняки.
«Ежели здесь на каменистой почве селяне собирают столь щедрые урожаи, имеют в изобилии скот и плодовые деревья, то в каком тогда благоденствии живут ромейские смерды там, где климат ещё мягче», – мысленно дивился увиденному Олег.
Олегу казалось, что если и существует земной рай, то непременно где-то в Азии.
«Да, ромеи – избранный Богом народ, владеющий самыми благодатными землями на стыке Европы и Азии, – размышлял Олег. – Неудивительно, что соседи стремятся отнять у ромеев эти богатые земли и караванные пути. Что и говорить, здешняя землица обильно кровью полита и костьми засеяна после многих сражений и нашествий. И одному Богу ведомо, что ожидает этот благословенный край в будущем!»
Однажды утром в Киноссему примчался гонец из крепости, запиравшей проход на соседний северный полуостров – Херсонес Книдский. Гонец сообщил Олегу, что из-за реки Меандр пришло войско сельджуков, дабы отрезать пути отступления воинству Ксенона, которое уже выбило язычников из двух городов на Карийской равнине. Сельджуки разделили свои силы: одно их войско ушло в равнинную Карию, чтобы сразиться с войском Ксенона, другое двигается сюда, к приморским крепостям ромеев.
Олег собрал сотников на военный совет. Присутствовал на этом совещании и Посид. Он первым взял слово:
– Если отряд сельджуков невелик, тогда наша крепость выстоит. Но если варваров много и они пойдут на штурм со всех сторон, то наш удел будет печальным. Стены крепости выведены до нужного уровня, углублены и рвы перед ними. Однако башни ещё не достроены и ворота не укреплены как следует. Продовольственный запас у нас очень скуден, а воды в крепости нет вообще, поскольку приведены в негодность каменные цистерны, куда обычно возили воду из близлежащих колодцев.
Посид ещё долго перечислял недоделки и слабые места в обороне крепости. Наконец он сделал вывод:
– Запершись в крепости, наш отряд сможет выстоять дней десять даже при пятикратном перевесе врагов. Но к более длительной осаде наша крепость не готова.
– Вот и славно, – бодро заявил Олег. – Значит, встретим врага в открытом поле. А недостроенная крепость пусть будет приманкой.
Никто из сотников не посмел возразить Олегу, авторитет которого был для них неоспорим. Промолчал и Посид. Он просто не знал, что сказать на столь смелое заявление Олега.
«Если этот русич не сумасшедший, тогда Ксенон явно не в своём уме, коль поставил его во главе местного гарнизона!» – промелькнуло в голове у Посида.
Посид теперь сожалел о том, что прежде всего восстановил в крепости казарму, конюшню и различные подсобные помещения, лишь после этого приступив к восстановлению укреплений. Однако изменить уже было ничего нельзя, оставалось лишь продолжать начатые восстановительные работы.
Олег отправил своего гонца в город Элеунт, прося подмоги у начальника тамошнего гарнизона. Помощь пришла, но она насчитывала всего триста пеших воинов и семьдесят конников. Словно извиняясь за столь слабую поддержку, ромейский полководец в Элеунте прислал в дар Олегу великолепного белого коня в богатой сбруе.
Олег, как мальчишка, обрадовался коню больше, чем присланному отряду воинов. Олег полдня гарцевал на белом жеребце, определяя на деле, умеют ли разворачиваться в боевой порядок присланные ему конники. Каждого из них Олег самолично проверял на умение владеть копьём и мечом.
