– Да, – согласился Драммонд, – так оно и было, и я очень скучаю. Скучаю по своим друзьям.
– А я скучаю по дедушке, – сказала Кэсси, и они какое-то мгновение глядели друг другу в глаза, утешаясь объединившей их горечью утраты. Затем Драммонд снова повернулся к друзьям.
– Мы шли в ресторан в Сохо. Забронировали там отдельную комнату в дальнем углу. Обычно за ужином мы болтали, рассказывали друг другу услышанные истории о книгах. Сплетничали об охотниках за книгами, о Продавце книг…
– Продавце книг?
Драммонд махнул рукой – мол, ничего интересного.
– Лотти. Из Нового Орлеана. Продает книги охотникам, которые в этой игре, чтобы подзаработать. Вроде посредника. Проводит аукционы. Целое состояние сколотила. Она наша давняя незаживающая рана. Вроде тех, кто на черном рынке сбывает бесценные артефакты. У любого археолога будет однозначное мнение на этот счет. Вот и мы терпеть ее не могли.
Кэсси не прерывала его, чувствуя, что приближается конец истории.
– Из ресторана мы вышли поздно и все вместе зашагали к нашим отелям на север. Мы собирались снова встретиться на следующий день и обсуждали, что будем делать, куда пойдем. И тут… тут мы оказались в парке Вашингтон-сквер. Стало тихо и неожиданно прохладно. Не как сейчас. – Драммонд указал на голубое небо над головой. – Помню, как вдруг спустился туман – какой-то каприз погоды. И на другой стороне парка возникла женщина.
– Какая женщина? – спросила Кэсси.
– Я не знаю, как ее зовут, – признался Драммонд. – Просто зову ее Женщина. Никогда не видел ее до того дня, понятия не имел, кто она. И до сих пор не имею. А вот про нас она знала и в тот день заставила узнать про себя.
– Как это? – спросила Кэсси.
Драммонд промолчал. Кэсси не поняла: то ли он не расслышал, то ли просто не хотел ничего больше говорить.
– Как это? – повторила она и положила ладонь на руку Драммонда в попытке привлечь его внимание.
– Сегодня они все умрут, – произнес он с серьезным лицом. – Вагнер, Лили и Ясмин. Женщина их убьет. Выжил я один, и с тех пор она охотится за мной.
Потрясенная Кэсси выпучила глаза.
– Но почему?
– Потому что ей нужна Библиотека Фокса, – ответил Драммонд. – Вот почему я спрятал ее в Тенях. После того дня, когда впервые увидел Женщину. Это было…
Он как будто подбирал подходящее слово.
– Опустошительно, – добавил он через мгновение. – Чудовищно.
– Что… – Кэсси колебалась: с одной стороны, ей хотелось узнать больше, а с другой – совсем не хотелось. – Что она сделала?
– Могу показать, если хочешь, – предложил Драммонд, и взгляд у него сделался мрачным. – Если ты правда хочешь узнать, почему я в бегах уже десять лет, почему Библиотека Фокса находится в Тенях, почему мы должны уберечь от Женщины Книгу дверей, я покажу тебе.
– Как?
Драммонд достал из кармана книгу.
– Это Книга памяти, Кэсси, – сказал он и протянул ей. – Я могу показать тебе мои воспоминания об этом дне.
Кэсси уставилась на книгу; весь мир как будто отошел на второй план. Она знала: Драммонд хочет, чтобы она увидела, поэтому они здесь. Она знала, будет страшно, но какая-то часть ее желала разделить с Драммондом его ношу, избавить его от одиночества.
Она взялась за книгу, и вдруг весь Брайант-парк исчез. Кэсси глядела на мир глазами другого человека.
– Как бы помню и не помню, – сказала Иззи, разглядывая видео, на котором Кэсси стоит у двери их квартиры на фоне венецианской улицы у себя за спиной. Эту запись Иззи обнаружила, проверяя, что сохранилось в телефоне об ее передвижениях за последние два дня. – Как сон, понимаешь? Вроде помнишь, но все не по-настоящему.
Когда на видео прозвучал ее голос и съемка оборвалась, она покачала головой. Потом запустила заново. Она была словно в трансе.
– Как такое возможно? – спросила Иззи. – Это наука или магия?
Не получив ответа, она подняла глаза. Лунд сидел напротив нее, на столе перед ним стояла миска с куриной лапшой, а ложка была на полпути ко рту. В другой руке он держал половину хлебной булки. Булка казалась крошечной.
– А ко мне вернется память? Вспомню ли я это все? – сыпала вопросами Иззи.
Лунд проглотил ложку супа, мельком взглянул на Иззи и снова вперился в миску.
– Не знаю, – ответил он.
– Ну то есть, я, кажется, помню почти все. То, что проделал со мной тот человек, ту боль… – Тут она замолкла, по телу пробежала дрожь. – Она высвободила нечто внутри меня. Я знаю, что произошло. Но я не помню, как прожила это. Похоже на бред, да?
Иззи взглянула на свое отражение в окне. Она чувствовала, что ее несет. Она перенервничала, возможно, у нее был шок, и она не могла остановиться. Стояло позднее утро, улица пульсировала, пропуская сквозь себя потоки людей и машин. Они сидели в просторной бургерной где-то на углу в Среднем Манхэттене, куда ее привел Лунд.