Книга Готель полностью

Когда это утихло, я забралась к нему на колени и приподняла юбки, чтобы можно было развязать шнуровку его штанов. Он расшнуровал мое платье, обнажая груди. Когда он отстранился, чтобы посмотреть на них, я смогла произнести только одно:

– Маттеус. – Эти звуки показались мне такими сладкими на вкус, что я захотела повторить их еще раз. – Маттеус.

То, что я назвала его по имени вот так, дважды подряд, что-то с ним сделало. Он прерывисто выдохнул и увлек меня на пол кареты. Каким он был нежным. Каким ласковым. Какой мягкой прохладой тянуло от ковра у меня под спиной. Снизу грохотали колеса. Маттеус нависал надо мной, окруженный сиянием тумана и лунных лучей. А потом он вошел в меня, заполняя меня целиком восхитительнейшим распутством.

Когда несколько часов спустя карета остановилась, мы спали. Проснувшись первой, я поначалу поразилась лежавшему рядом Маттеусу.

Потом воспоминания о недавних событиях вернулись, и я заулыбалась. Хотя нас ждало опасное задание, в этот миг я могла думать только о том, что мы вместе. Меня наполнил головокружительный восторг, перемешанный с неверием. Проснувшись, Маттеус улыбнулся мне в ответ.

Мы вдвоем выглянули из кареты. На дорогу, ведущую обратно в Бинген, лился лунный свет, озаряя камни и гальку, разбросанные по грунтовому тракту. Клочья тумана цеплялись за узловатые, переплетенные деревья. Кучер спрыгнул с передка и окликнул нас. Он ухмылялся, так что стало ясно, что ему наверняка было нас слышно. Я ухмыльнулась ему в ответ. Маттеус покраснел.

– Вы проснулись, – добродушно сказал старик, воздерживаясь от того, чтобы пристыдить нас грубым замечанием или подмигнуть. – Дальше я вас отвезти не смогу. Королева велела мне вернуться в замок до рассвета.

Я прокашлялась.

– Две лошади полагаются нам?

– Ага, – отозвался кучер.

Он открепил упряжь белых лошадей от кареты и накрыл тех попонами и седлами. Я сразу подошла к Небель, поглядела ей в глаза, погладила по лбу. Она уткнулась носом в мою ладонь, беспокойно приплясывая на месте, и фыркнула.

– Хорошая девочка, – прошептала я. – Прости, что меня так долго не было.

Кучер вернулся на передок кареты и отдал нам два мешка с припасами. А затем достал пару кусков ткани густого рыже-бурого цвета. Это оказались старинные плащи с капюшонами, края которых, как и рукава, были расшиты золотыми рунами, словно наряды появились прямиком из сказки. Когда он протянул один Маттеусу, а второй мне, я исполнилась трепетом.

– Тарнкаппены, что обещала королева. У лошадей к поводьям привязаны такие же. Накидывайте их в лесах, возле городов – всюду, где вы можете кого-то повстречать, – на случай, если Ульрих или гвардия короля будут вас искать. Но не надевайте плащи слишком надолго. Нынче они слабее всего, но все равно чем больше вы их носите, тем незаметнее становитесь. Если проходить в них чрезмерно, тень вас поглотит. Особенно тебя. – Он встретился со мной взглядом. – Даже в эту часть месяца. Беатрис сказала, у тебя есть дар.

Я кивнула, тревожась от известия об этом ограничении. Как нам его соблюдать, когда мы ступим в лес вокруг замка Урсильды?

– Еще один подарок ее величества, для защиты.

Кучер протянул мне блестящий серебряный предмет. В тусклом свете я не сразу его признала. А взяв в руки, охнула от знакомого веса и волка, глядящего с рукояти. Это был кинжал, которым человек Ульриха убил Фредерику.

Очищенный и отполированный, он был готов к применению. Маттеус уставился на клинок, широко раскрыв глаза. Я поспешила пристегнуть оружие к поясу.

После этого кучер вручил мне сумку, набитую полотном, травами и пузырьками. А другой рукой достал свиток, запечатанный синим воском. С тем же знаком в окружении птиц и чудищ.

– Все необходимое повитухе. И письмо для княжны Урсильды. Как только вы попадете внутрь замка, найдите самый западный коридор. Покажите письмо стражнику по имени Бальтазар, что будет стоять у двери Урсильды. Он предан только ей.

Наконец старик указал на дорогу:

– Этот путь приведет вас на восток. Оттуда можно двинуться торговым трактом на юг. Замок в трех днях езды отсюда.

С этими словами он развернул карету и покинул нас. Маттеус, стоявший рядом со своей белой кобылой с плащом в руке, переспросил:

– Тарнкаппен?

Я широко улыбнулась.

– Как в сказках.

Когда я натянула одеяние на платье и опустила капюшон на лицо, меня пробрал озноб. Ткань на ощупь казалось обычной, только что, возможно, немного тяжелой, но вставшие дыбом волоски – и тяга иного мира, которую я почувствовала, когда укуталась в нее, – подтверждали, что это тарнкаппен.

– Хаэльвайс? Куда ты делась? – Маттеус выглядел так, будто узрел привидение. – Гром и молния, – прошептал он полным благоговения голосом.

В мешках у нас нашлось по сырной голове, завернутой в полотно, и по бурдюку с вином. Мы поели на ходу прямо в седлах, скинув капюшоны, чтобы видеть друг друга в туманной ночи.