- Ага-ага. Странно, думаю. Ведь у всех Великих воинов было и оружие, и конь. Пусть кони были не у всех, ладно. Но меч! Как же так, чтобы воин и без меча? Нынешние стражи, хоть и не вели, и то все до одного вооружены мечами, да не простыми, а ночниками кованными. Должно быть, вещи, вверенные избранным, были какими-то особенными. Волшебными, например. Вот интересно, что представляла собой третья…
Горислав стиснул зубы, чтобы не закричать: “Я знаю!“ Он не сомневался, что третей вещью был Ключ Жизни. Избранные - хранители Ключа.
- Хотя раньше, - продолжал рассуждать Брянчень, - по большому счету, всякого, кто отличился в войне, могли назвать Великим воином. Были же прославленные войны из простых…
- Так что, сейчас на земле нет Великих воинов?
- Хе-е. Может, и есть где. Если Великие Воины Прошлого взяли себе учеников, значит, их наследники и стали обладателями их тайн, со всеми вытекающими последствиями. Но это опять-таки велева тайна.
- Если известны имена Великих воинов, разве нельзя узнать, кто им наследовал?
- Не-а. Тут вот какая штука получатся… хе-е… сохранились письменные памятники о Смутном времени, войне, Великих битвах… А потом, в Темные-то века люди утратили письменность.
- У великанов была своя.
- Ну да, кропали на древнем языке. Вот только до нас дошла всего лишь треть их письменного наследия. Можно сказать, избранное. Чего тут далеко за примерами ходить - возьми любую старую опись в нашем книгохранилище и сверь с тем, что лежит на полках. Сразу скажу, половины наименований не найдешь. Утрачены. Погибли памятники, поскольку об их сохранности никто особо не беспокоился. Их не переписывали. Кое-какие источники, как пить дать, намеренно от нас любознательных простых смертных книговедов попрятали… Может, и были где-то упомянуты имена первых Великих воинов, но вряд ли кто-то собирал сведения об их наследниках по всей земле. Они же, я так думаю, все в одном месте не сидели. Предания же, записанные людьми после темных веков, особого доверия не вызывают, потому что устная народная традиция, сам знаешь - как красивше, так и пою. В общем, наследников Великих воинов проследить невозможно. А сами наследники вряд ли тебе признаются.
- А если попробовать поработать с тем, что есть?
- Все равно до правды не докопаешься. - Брянчень положил последний осколок таблички и прижал его пальцами. - Мы знаем прошлое таким, каким его условились принимать наши предшественники.
- А как же свидетельства, написанные участниками, очевидцами той же Великой битвы?
- Очевидец - лицо заинтересованное. Его нельзя считать беспристрастным. Следовательно, его рассказ будет достоверным лишь отчасти. Вот если бы в нашем распоряжении имелись свидетельства другой стороны, то мы бы еще как-то смогли составить целостную картину событий. Однако, к величайшему сожалению, вражескими летописям мы не обладаем. Историю пишут победители, Горик. Хотя, если судить здраво, в той войне никто не победил. Да, черное воинство было уничтожено, но какой ценой? Какой кровью было заплачено за победу… Сколько народу погибло, не счесть.
- Позволь, не согласиться, - возразил Горислав. - Разве землю не освободили от зла?
- Не от зла, Горик, а от Злыдня. Ведь ты же не принимаешь на веру слова священников, а? Да и с Великой битвой не все понятно. Я считаю, что Великая битва - это выдумка. Почему никто не может назвать точное место, где состоялось столь великое сражение, положившее конец войне?
- Все знают, что она произошла на Большой Пустоши.
- Вот! - Брянчень обрадовано щелкнул пальцами.
- Правда, я могу назвать еще две другие местности, названия которых встречаются реже, - тут же добавил Горислав. - Думаю, что о них известно меньше, потому что они находятся гораздо дальше от Небесных Врат, чем Пустошь.
- Нет, ты невозможен! - Брянчень недовольно поморщился, поскольку горикова оговорка шла вразрез его примеру об условностях. - Ты книговед… А какой-нибудь простой обыватель откуда-нибудь с подола Медвежьего холма, назвал бы только Большую Пустошь. Вот тебе - устоявшееся мнение. Так было условленно, понимаешь? Тебе повезло, что ты имел возможность ознакомиться с памятниками со всего света. А какой-нибудь местечковый летописец, ничего не зная о других сражениях, повествует о том, которое произошло в его краю. Так, как ему не с чем сравнивать, он называет эту битву “Великой“. Хотя, вполне возможно, что Зеленодольская или битва на Каменной плеши ничуть не уступали сражению, состоявшемуся на Большой Пустоши, а может, даже превосходили по размаху и числу участников. И не забывай, что человеку свойственно все преувеличивать, особенно, когда дело касается значимого события, преломившего ход истории. Добавим сюда тщеславие, пусть даже оно исходит из чувства гордости за своих земляков-победителей и от любви к родному краю. “А у нас все лучше, все больше, и горох до небес…“ Как говорится, всяк сам себе загляденье.
- Так, где же на самом деле произошла Великая битва?
