- Все выполню в лучшем виде.
- Удачи…
Вскоре от Дома стражей отъехал отряд всадников.
В Замостье, тихом районе на подоле Масленичного холма, чума унесло почти половину жителей. Если вверх по склону теплилась жизнь, то в домах вдоль Кружной дороги, что стояли ближе к протоке реки, и в нижней части Ткацкого спуска не осталось почти никого. Родственники, приходившие из других частей города, хоронили покойников и заколачивали досками крест на крест окна и двери опустевших жилищ.
Дом Ваги, о чем гласила надпись на калитке, стоял прямо за мостом, справа от перекрестка. Окна были забраны ставнями, печная труба не дымила, не слышались голоса. Стражи спешились и быстрым шагом направились к крыльцу. Все хранили молчание, чтобы не вспугнуть преступника.
- Вы, двое обойдите кругом, и встаньте у двери в сад, - на ходу отдал распоряжение Огнишек. Двое проворно скользнули вдоль стены, и пошли в обход дома.
Дверь в доме оказалась не заперта и отворилась с тихим скипом. Внутри было темно и тихо. Зеркало в прихожей завешено полотном, как делают, когда покойник в доме.
- Обыскать дом! - приказал Огнишек.
Загрохотали шаги, раздались голоса стражей, споро бросившихся выполнять распоряжение.
Долго искать не пришлось. В столовой они обнаружили мертвого человек, привязанного к креслу, с забитым кляпом ртом.
Стражи обступили убитого.
- Теплый еще.
- Опоздали чуток…
- Кто же его так?
- Это и есть Вага? Мужики, кто-нибудь его знал?
- Теперь его, поди, и мать родная не узнает. У него ж все лицо изуродовано…
- Откройте окна!
Когда открыли ставни, уютную столовую залил солнечный свет, слегка приглушенный листвой деревьев сада. Убитый, действительно, оказался Вагой. Его опознание произвели при помощи семейного портрета, висевшего тут же, на стене рядом с дверью. Хозяин дома, мужчина средних лет с обширной лысиной, был изображен вместе с женой и тремя очаровательными детьми-подростками; все - в нарядных, выходных одеждах.
Стражи, сравнив приметы убитого человека в кресле и мужчины на портрете, единодушно согласились:
- Да. Он это. Лысины похожи. И бородка такая же.
- Со времени убийства часу не прошло. Кровь совсем свежая.
- Какой же нелюдь его так запытал? Эвон как измордовал, живого места не осталось.
- Он умер не от пыток. Его прикончили несколькими ударами в грудь.
- О! А след-то знакомый. Глянь-ка, Огниш, дырочка маленькая, аккуратная. Не тот ли это узкий клинок-четырехгранник? Не иначе как тут орудовал наш старый знакомый.
- Огниш, ты знал, что мы здесь найдем? - тихо спросил Перегуд.
- Нет. Я рассчитывал взять его живым. Чтобы через него выйти на остальных.
- Были другие? - насторожился десятник. Он только с виду казался туповатым, а на самом деле, смекалки ему было не занимать. - А если бы мы на засаду налетели? А если бы убийца с жалом подрезал кого из наших?
- Вообще-то, в мыслях я не заходил так далеко.
- Какого ляда! О чем ты только думал! Почему не предупредил? Что еще ты от нас скрываешь?
- Ты говоришь так, будто я с вашей помощью обстряпываю какие-то свои дела.
- Ты даже меня не посвятил в суть дела! Как будто, мы ловим какого мелкого воришку… или рыночного перекупщика.
На спорящих начальников стали косо посматривать.
- Отойдем-ка в сторонку. - Огнишек подхватил Перегуда под локоть и отвел в угол. - Я скажу. Я все скажу, но ты мне должен поручиться за каждого из своих людей.
- Да ты же сам знаешь, что ребята проверенные.
- Это было до чумы. Вон, Вага - тоже был проверенный, а потом сломался, когда вся его семья погибла во время мора. - Вель посмотрел на парадный портрет, на лица тех, кого уже не было на земле. Перегуд тоже взглянул и, кажется, начал догадываться, чего опасается начальник. Тот подтвердил его догадку. - Вагу убрали свои же, когда почувствовали, что он может их предать.
- Ну-у… Надеюсь, что у нас до такого не дойдет. Мы же все присягу давали. - Десятник схватился за оберег под рубахой.
- Держи крепче, помощь высших сил тебе понадобится. Час назад мне стало известно, что в городе есть люди, которые поклоняются Злу, как богу. Они составляют целое общество. Самый опасный среди них - Молчун. Это он убил главного хранителя-книжника и ясновидящего. И вот, Вагу тоже.
Перегуда новость ошарашила - ревнитель светлых богов, он не мог взять в толк, как такое вообще возможно. Служитель закона, он каждый день сталкивался с преступниками, были среди них убийцы и грабители, но убийц-вероотступников ни разу не попадалось.
- Ишь ты! Как же… Да нет… Чего это они? - бормотал десятник, помогая себе думать руками и склоняя голову то в одну сторону, то в другую. - Надо их найти! - спохватился он.
- Найдем место, где они собираются, и возьмем всех сразу. Я уже послал Тихомира на разведку. Осталось дождаться его.
Вель и десятник покинули дом. Некогда оживленная улица была тиха и пустынна, только возле ограды Вагиного дома, пофыркивая и постукивая копытами, стоял десяток коней стражей.
- Огниш, устроим им всенародное судилище?
- Не загадывай, Перегуд. Они наверняка вооружены. Не думай, что это будет просто.
- Да что мы, никогда не брали вооруженных, что ли!
