Он мог всячески повелевать слугами - полностью починив их своей воле, насильно заставить сделать все, что угодно, даже заставить убить великана. Но подобное принуждение притупляло чувства и замедляло движения, что совсем не способствовало успеху в деле, а наоборот верно вело слугу к погибели. Поэтому он ограничивался устными приказами, позволяя слугам самим искать способ выполнить его распоряжение.
Темнозрачному годилась всякая душа - мелочная, завистливая, дрянная. Но более всего он ценил души лиходеев, поскольку те могли неплохо послужить ему еще при жизни. Когда, скитаясь по земле, слышал о каком-нибудь страшном разбойнике, так обязательно с ним встречался. Не брезговал и другими отщепенцами рода человеческого. Подбирал убогих, наглых нищих-побирушек, бродяг, обиженных на весь белый свет, неисправимых воров. Вытаскивал их позорных ям, будил спящих на голой земле на обочинах дорог, подлавливал на месте преступления. Угрожал, шантажировал, соблазнял по-всякому: одних - безбедным будущим; других - грядущей вседозволенностью; третьих - несметными богатствами. Для пущего внушения пускал в ход колдовство.
Однако не все грабители и душегубы соглашались служить ему всецело. Редко, но встречались и такие как Ропшень.
Немало удивился Ропшень приходу Темнозрачного. Ведь никто не знал о его тайном убежище - темной пещере посреди дремучего леса, где были спрятаны награбленные богатства. А тут вдруг, откуда ни возьмись, является мужик в роскошных одеждах. Ропшень хотел было метнуть в чужака свой длинный разбойничий нож, да не успел, потому что рука ни с того, ни сего плетью повисла.
- Твое богатство мне не нужно, Ропшень. Я твой друг, - поспешил заверить его Темнозрачный.
- Нет у меня друзей! - грубо возразил тот, пытаясь совладать с непослушной конечностью. - И тебя, хоть ты и зовешь меня по имени, не знаю и знать не желаю! Проваливай, покуда цел.
Темнозрачного чуток изумило, что разбойник его не испугался. Даже бессильный угрожал ему. Дерзкий, однако.
- Погоди свирепеть, - миролюбиво произнес он. - Не лай, как пес бездомный.
- Не звал я тебя! И ты мне не указ, что делать.
- И тебе совсем нелюбопытно, зачем я пришел к тебе?
Ропшеня интересовало другое.
- Как ты меня нашел?
- Все живое оставляет след на земле…
- Ты следопыт, что ли?
- Нет. Я слушаю голоса духов земли и вижу то, что не видят другие.
- Значит, духи тебе шепнули, где меня искать? Уж не волшебник ли ты часом? - осклабился разбойник и покосился на свою онемевшую руку. - Вот чары на меня напустил!
Темнозрачный ласково улыбнулся, подумав, что из Ропшеня получится хороший помощник - сметливый, скорый на решения и безрассудно смелый.
- Да, я самый великий волшебник на земле.
- Вот как! И что за нужда привела великого волшебника к такому жалкому и ничтожному человеку, как я? - Он не оскорблял, но слова его звучали, как насмешка.
- Я пришел уговориться с тобой о деле. Хочу, чтобы ты служил мне.
И стал Темнозрачный рассказывать, какую выгоду получит Ропшень, заключив с ним договор. Посредством колдовства явил несметные богатства и роскошества, которые тот получит за верную службу.
Разбойник, конечно, подивился чудесам нерукотворным, но, упрямясь, замотал головой.
- Ступай-ка ты туда, откуда пришел, гость непрошенный.
- Гонишь меня прочь? Прежде подумай, чего себя лишаешь.
- Я не мечусь на посулы. Мне хватает и того, что я добываю разбоем. А если ты так велик, как говоришь, то на кой ляд я тебе нужен?
- Даже у Творцов были помощники, - неопределенно ответствовал Темнозрачный. - И то не на всё хватало рук… Мне нужны такие умные и смелые люди как ты, Ропшень. Я не понимаю, почему, ты отказываешься мне служить. Ведь я предлагаю тебе делать то же самое, чем ты ныне промышляешь. И плату будешь брать, чем пожелаешь.
- Мне лишнего не надо.
- Богатство не может быть лишним! Ты же грабишь.
- Граблю.
- Лютуешь и купцов режешь.
- Случается…хм… когда несговорчивые попадаются.
- Так почему ты же не хочешь убивать того, кого укажу я.
- Чую, дядя, ты из тех лис, что своего хвоста не замарают. Да, я убиваю, но не более, чем того требует мой промысел. Да, я ворую… А, ты, похоже, воевать собрался.
- Какая тебе разница? Ты не останешься в накладе.
- Пчелка мед обещает, да жальце в заднице прячет, - усмехнулся Ропшень. - Я не желаю быть подневольным человеком, никогда не жил по чужой указке. Сегодня я сам себе хозяин, что хочу, то и делаю. А если в услужение к тебе подамся - прощай свобода.
- Чем же я могу твою свободу ограничить?
- Ты, дядя, глупую рожу не делай, дурачком не прикидывайся. Уж я-то нюхом чую корысть за твоей доброжелательностью. И сдается мне, что ты если не Исчадье Мрака, то приспешник его. Договорок-то твой с подвохом… Ты ж хочешь душу мою заполучить, а?
Сметливости Ропшеню было не занимать.
- Неужто думаешь, что тебя, приговоренного к смерти на земле, помилуют на том свете?
