– У моего папы автомобильная компания, типа того, и я много времени провела в Европе. Ты сам справишься?
Я не задаю дополнительных вопросов по поводу автомобильной компании, потому что тогда мне пришлось бы признать, что говорил о ней с друзьями и знаю, что ее отец – владелец команды Формулы-1. Хочется предложить поехать с ней вместо Эмилии, но это было бы подозрительно.
– Все будет в порядке. Езжайте.
– Увидимся на озере, – говорит Аврора и идет к Эмилии.
Эмилия машет рукой, обнимая Аврору за плечи, и направляется туда, откуда пришла.
Я слышу, как она говорит:
– Такая уютная сценка.
Только я начал думать, что ладить с Авророй будет легко, как она появляется в двух крошечных лоскутках ткани, украшенных цветочками, и называет это бикини.
– Очень мило, – говорит Майя. – Мне нравится фасончик.
Фасончик? Как Майя может рассматривать фасон, когда большая часть задницы Авроры на виду?
– Мужайся, братец, – шепчет мне Ксандер.
Я игнорирую его, все еще стараясь не давать пищу его подозрениям. Пока что ничего подозрительного и нет, но не хочу рассказывать ему о том, что случилось до приезда сюда.
– Рори, – вздыхает Дженна, подходя к нам на пристань. – Где твой сплошной купальник?
– Сушится в домике, потому что эта растяпа пролила на него апельсиновый сок, – кивает Аврора на Эмилию. Дженна складывает руки на груди, и Аврора копирует этот жест. – Никто не умрет, если я часик похожу с голым животом. Я знаю, что, когда приедут дети, носить такое будет нельзя.
Наша наставница качает головой, ущипнув себя за переносицу. Я мог бы принять Дженну с Авророй за сестер, если бы не знал, что это не так. Внешне они не похожи – Аврора высокая и светловолосая, а Дженна небольшого роста и темненькая, – но их перебранки и привязанность напоминают отношения в семье.
– Я только пришла сказать, что ваш инструктор задерживается, – сообщает Дженна. – Он скоро придет.
В лагере есть хорошо обученные квалифицированные спасатели, но для пущей надежности вожатые тоже проходят базовую подготовку, чтобы обезопасить на воде как себя, так и отдыхающих.
Эмилия ждет, пока Дженна уйдет, и толкает в воду ничего не подозревающего Ксандера, положив тем самым начало борьбе между остальными. Маленькие ручки упираются мне в спину, но силенок хватает, чтобы сдвинуть меня всего на дюйм. Аврора пыхтит, пытаясь меня столкнуть, но я с легкостью хватаю ее за руки и спрыгиваю с причала, утащив за собой.
Вода холоднее, чем я ожидал, но в жару это приятно. Вынырнув на поверхность, я встречаю надутые губки и сияющие глаза.
– Это было жестоко, – Аврора плещет на меня водой. – Я была не готова!
Убираю прилипшие ко лбу мокрые волосы и смеюсь над ее сердитым видом. Она злится еще сильнее, когда я рукой направляю на нее волну. Затем взрывается волшебным смехом – громким, раскованным, неудержимым – и пронзительно смотрит на меня, улыбаясь. На ресницах застряли капельки воды, веснушки усеивают переносицу.
Она так чертовски красива, что больно смотреть.
О боже, почему меня так к ней влечет? Почему я так люблю делать себя несчастным?
Аврора поднимает из воды руки, и я готовлюсь к тому, что меня снова окатят водой, но она вдруг испуганно визжит. Я хватаю ее за руки и притягиваю к себе.
– Что-то прикоснулось к моей ноге! – Она обхватывает меня ногами за талию, тесно прижимаясь ко мне грудью. – Я закричу.
Какой же это тренинг по выживанию на воде? Я почти уверен, что не выживу, если она будет так цепляться за меня.
– Это какое-нибудь растение, не волнуйся.
Аврора отклоняется назад, так, что создает между нами какое-то расстояние, и смотрит мне в лицо, не убирая ног с моей спины.
– Это могла быть акула.
Я невольно фыркаю.
– Это не акула. Они не живут в пресной воде. Мы же в Калифорнии.
– Тупорылые акулы диадромны, они могут жить в пресной воде.
Я вскидываю бровь.
– Что? Я смотрю «Неделю акул».
– Если это тупорылая акула, то, извини, тебе крышка.
Она усмехается, сцепляя руки у меня на затылке.
– Если это тупорылая акула, нам обоим крышка, потому что я утащила тебя с собой. Ты крупнее и вкуснее.
– Поверь, у тебя невероятный вкус.
Мы оба ошеломленно замираем. Я не собирался говорить это вслух. Аврора переводит взгляд на мои губы, потом опять на глаза, и ее дыхание замедляется.
– Ох, – только и может она сказать, и мне остается молиться, что в озере действительно водится акула и она спасет меня от самого себя.
Два лета я не приезжала в «Медовые акры» и успела забыть, как сильно люблю этот лагерь.
Оставшаяся часть подготовительной недели прошла без инцидентов и неловких ситуаций, и пару дней назад прибыли отдыхающие. Они взволнованы, полны предвкушений и в основном такие лапочки. С тех пор я не хожу, а летаю.
Я много путешествовала с Формулой-1, побывала во многих прекрасных краях, но эта точка на карте где-то в калифорнийской глуши – мое самое любимое место на свете.
