Голос звучал совсем тихо, а на руках кицунэ не осталось ни одного живого места – потемневшие вены покрыли кожу плотной паутиной. Ещё немного, и скверна начнёт выделяться наружу, образуя язвы, как это случилось с телом Амацумикабоси. И тогда Юкио станет по-настоящему заразным.
– Сними маску! – потребовала Эри, чувствуя, как дыхание перехватывает от нахлынувшей паники. – Излечи себя! Я надену что-нибудь на глаза!
– Моя божественная сила иссякает, думаю, это уже не поможет.
– Юкио!
Она больше не могла на это смотреть. Воспользовавшись слабостью хозяина святилища, Эри протянула руку и вцепилась в маску со всей силы – ремешок на затылке оборвался, и она откинула артефакт в форме лисьей морды как можно дальше, тут же закрывая лицо ладонью и отворачиваясь.
На мгновение её накрыл тёплый божественный свет, как и вчера в тёмной комнате рёкана, но вскоре всё закончилось. Аура ками гасла и отступала, словно волна во время отлива.
– Что происходит? – Эри всё ещё не поворачивалась, но услышала шаркающие шаги – Юкио подошёл к ней.
– Можешь открыть глаза. Как я и сказал, в Ёми моя божественная сила слишком слаба, а потому и проклятие богини больше не действует.
Эри прерывисто выдохнула и убрала ладони. Уже привыкнув к темноте Царства мёртвых, она легко различила Юкио, который стоял перед ней без маски. Его прекрасное лицо, которое акамэ видела во сне, ничуть не изменилось, за исключением того, что теперь его покрывали следы скверны. Сеть чёрных вен очерчивала подбородок, посеревшие губы и скулы, а под глазами залегли синяки, сразу же напомнившие Эри о тануки Кэтору.
– Я могу на тебя смотреть, – прошептала она и коснулась ладонью щеки Юкио, но восторг тут же сменился ужасом, и она вдруг качнула головой. – О нет!
Если божественная энергия иссякла, то ничто больше не препятствовало скверне распространяться. Эри видела, как прямо на глазах чёрные потоки, напоминающие трещины на земле во время знойного дня, поднимались всё выше и уже покрывали кожу на лбу Юкио. Он медленно умирал.
– Пойдём!
Эри схватила господина Призрака за руку и потащила за собой, следуя зову меча, золотистая аура которого вела в глубину чащи.
Спустя два поворота тропы они наткнулись на тупик. Впереди стояла стена из ветвей и корней, покрытых шипами, а светящаяся нить, что влекла акамэ, проходила прямо сквозь препятствие. На обход или поиск другого пути времени не было, и Эри, засучив рукава, кинулась вперёд, обрывая сухие ветки и лианы. Острая боль пронзала руки, но оставалось лишь стиснуть покрепче зубы и продолжать.
– Эри, прекрати! – сказал Юкио, видя её тщетные усилия. – Хватит, я сам!
Он оттащил художницу и когтями начал рубить стену, отчего в разные стороны полетели куски сухих ветвей и шипов. Она так и застыла, наблюдая за этой ужасающей картиной: на Посланнике богини Инари уже не было живого места – кимоно во многих местах превратилась в лохмотья, а с изрезанных до мяса рук, которые не восстанавливались из-за потери божественной энергии, стекала кровь, сбегая до локтя и срываясь на землю.
Вскоре послышался скрежет – когти Юкио наткнулись на что-то твёрдое. За переплетёнными ветвями и корнями оказалась деревянная стена: внизу виднелись сваи, на которых стоял дом, а сверху – скат крыши, покрытой соломой. Но что делала традиционная хижина минка в царстве Ёми, да ещё и в лесу, куда даже демоны не решались заходить?
– Лезвие там! – сказала Эри и постучала кулаком по стене, услышав глухой звук: с другой стороны явно было пустое пространство. – Как нам пробиться туда?
Не успела она ничего осознать, как Юкио уже ударил по хижине ногой, и деревянные балки проломились, с грохотом исчезая внутри, – в стене появилась зияющая чёрная дыра. Запахло затхлостью и отсыревшей бумагой.
Абура-акаго, который всё это время летал вокруг Эри, первым юркнул в темноту и осветил жилище: это оказался небольшой дом, полностью заваленный старыми вещами. Где-то были составлены пирамиды из книг, где-то в неаккуратной куче лежала истлевшая от времени одежда, а в одном из углов акамэ даже заметила связки древних монет и позолоченные шкатулки, брошенные как что-то ненужное.
Именно это место Эри недавно изобразила на своей картине.
Проследив за светлой нитью, которая исчезала под горой хлама, она прошла сквозь сломанную стену и принялась откидывать одежду в сторону. Ничего не спрашивая, Юкио последовал её примеру.
Копать пришлось долго. Пыль клубами поднималась в воздух, некоторые кимоно рассыпались, стоило только коснуться их, а под одной из старинных накидок оказалось гнездо сороконожек. Стоило разворошить их дом, как они начали потоком выползать из убежища, скрываясь от света масляного духа.
Эри вскрикнула и отбежала в сторону: насекомые были размером с её ладонь и устрашающе шипели, но не смели нападать, стараясь как можно скорее исчезнуть в дырах в полу.
– Это омерзительно! – Художницу передёрнуло. Она всё ещё не решалась снова подойти к горе из вещей.
– В Ёми омерзительным тварям самое место, – только и ответил Юкио, продолжая разбирать тряпьё.
