— Но я же... — Кайя запнулась то ли от избытка чувств, то ли в попытке понять, стоит ли верить в такое чудо. — Я не пара ему совсем, — прошептала она, но не отстранилась, слишком сильно соскучившись по материнскому теплу. Тому, что согревает, защищает и дает уверенность в собственных силах. Кайя никогда не ощущала его рядом с Беанной, хоть и приучила себя считать ее приемной матерью. А вот в Арианиных объятиях вдруг разомлела, да так, что начала потаенным делиться. Но с кем еще, если не с ней? Уж лучше пусть сразу обрубит, указав Кайе на место, чем жить нелепыми надеждами, а потом с головой окунуться в разочарование. — Сирота приблудная: робкая и невзрачная.
Ариана улыбнулась: от кого-то она уже слышала подобные слова. Уж не от себя ли? А Лил тогда самим совершенством казался: статным, красивым, просто необыкновенным.
Впрочем, за двадцать с лишним лет ничего не изменилось.
— Мне кажется, Вилхе думает совсем по-другому, — уверенно сказала она и коснулась губами чистого лба Кайи. — И я склонна с ним согласиться. И потому сейчас очень рассчитываю на твое самообладание.
— Они улетели... с Кедде?.. — выдохнула Кайя, поняв Ариану еще до того, как та продолжила говорить. Ариана разомкнула объятия и тут же сжала Кайину руку, обещая всяческую поддержку. Кайя же совсем еще девочка, от страха за любимого может глупость какую сотворить. А Ариана чувствовала за нее невольную ответственность. И перед сыном, и перед самой собой.
— Я могу только предполагать, — размеренно проговорила она. — Нас с Лилом он не предупредил вовсе, но куда еще?..
— Никуда! — мотнула головой Кайя. Потом выдернула у Арианы руку и решительно зашагала по пекарне. — Джемма в последнее время все пропадала: видимо, нашла-таки нового пленника. Не знаю, почему Вилхе не сказал ничего, но, значит, так было надо: ему виднее. Однако если все еще он не вернулся... — тут она остановилась, и Ариана поймала секундное отчаяние в ее взгляде, немедленно снова ставшем твердым. — Надо выяснить, куда они отправились. У Нетелл, у Кеолы спросить: наверняка они хотя бы направление знают. А там...
Ариана кивнула, давая понять, что согласна с Кайей, и ощутив нежданную гордость за выбранную сыном девушку. Разглядел Вилхе за всей этой неприметностью настоящий характер и храброе сердце. И на душе тоже стало легче: не пропадет Вилхе с такой половинкой, не даст она его в обиду, в любом несчастье будет рядом и поможет с ним справиться. Лишь бы Создатели надежду ее не обманули. И не оставили их с Кайей сиротами.
— К Тиле пойдем! — заразившись Кайиной решимостью, заявила Ариана. — Вытребуем у него поисковый отряд: в конце концов, это его обязанность...
— За твоим сыном, Ариана, присматривать — моя обязанность? — раздался от входной двери несколько недовольный голос армелонского градоначальника. — Так уволь, у меня свои два оболтуса помимо пятитысячного менее своевольного населения!
— Я имела в виду, за выполнением закона о драконьем рабстве следить, — сконфуженно отозвалась Ариана и только тут заметила, что следом за Тилой в пекарню зашел и Лил.
— Оставь, Ариана, не оправдывайся, — проговорил он, неуловимым движением привлекая ее к себе. — Он тоже Хедина сегодня не досчитался, вот и срывается на всех подряд.
— Так Хедин с Вилхе! — воскликнула забытая всеми Кайя. — Слава Ойре!
И тут же залилась румянцем от внимательных взглядов трех пар глаз. Отступила за прилавок, словно прячась за него.
Тила почесал затылок.
— Приятно, Энда вас подери, — признался он, — хоть ничуть и не облегчает задачу...
— Тила Эдрика выловил, — не дождавшись рассказа от товарища, сообщил Лил. — От него и узнали, что ребята в Стенбирг отправились золотого дракона выручать.
— Как далеко! — охнула Ариана.
— Почти неделя верхом, — угрюмо заметил Тила. — Дорога, правда, всего одна, но то для человека, а не для ящера.
— Не пугай! — жестко отрезал Лил. — Путь дракона тоже несложно вычислить: он по прямой летит, чтобы быстрее было. Можно голубиную почту разослать, чтобы соседи окрестности своих поселений прочесали. Пара сотен рольдингов награды в этом деле и вовсе чудеса сотворят.
— Ладно, не учи! — огрызнулся Тила. — Уж свое дело я знаю! Лично в Стенбирг поеду, хвосты им там всем пооткручу за драконыша. Лишь бы не...
Он не договорил, проглотив конец фразы, словно боялся ей навлечь беду, и постоял еще молча вместе с друзьями, напитываясь их поддержкой. Потом развернулся и шагнул к выходу.
— Дракона бы... — выдохнул с горечью и, не дожидаясь ответа, покинул пекарню.
