– Погоди, ты… что? Он тебе рассказал?
– Да.
Багрянов тупо сморгнул, пытаясь понять, что же на самом деле произошло с Дмитрием. Ну не мог же муженёк его действительно убить?
– Мне не нравится твоё поведение, – отбросив перо, резко произнёс Мелисов и встал. Надвигаясь на супруга, он недобро блестел глазами: – Я не спрашиваю, зачем ты это сделал, всё и так понятно, но не думал, что ты настолько кретин!
– Да, я такой! Ну так разведись со мной! – прикрикнул Сергей. – Что насилуешь-то себя?
– У меня несколько иные планы, – Олег грубо схватил волосы на затылке поэта и дёрнул его голову в сторону. Тот застонал, от боли из глаз брызнули слёзы. – И ты будешь слушать то, что я тебе говорю.
– Прекрати!
– Это ты прекрати трепать мне нервы, если не хочешь узнать, на что я способен!
Багрянов схватил его за руку и попытался отодрать её от своих волос, но Олег мгновенно сжал его запястье и начал выворачивать. Теперь болела и конечность, и голова.
– Ай, больно!
Мелисов отпустил супруга и тут же схватил его за плечи, заставляя встать, а потом буквально зашвырнул Сергея в спальню и запер его там.
Багрянов принялся отчаянно колотить по двери и орать:
– Выпусти меня! Выпусти сейчас же!
– Утихни! – рявкнул Олег и вернулся за работу.
Какое-то время Сергей орал, а потом всё стихло.
Когда утром Мелисов заглянул в спальню, Сергей спал, его правая рука свисала к полу, а лицо было повёрнуто к стене. Брюнет запер дверь и занялся своими делами. Сложив все рабочие документы в портфель, он прошёл в ванную, где умылся холодной водой и почистил зубы. Только начав бриться, мужчина заметил, что его руки подрагивают.
В голове всплыли события вчерашнего дня. Придя домой, он к своему изумлению застал Светлова, человека, с которым расстался лет пять назад, если не больше. Он уже успел забыть об его существовании и вот те «здрасьте». Дмитрий вёл себя более чем странно, и Олег не выдержал, в грубой форме потребовал объяснений. Светлов всё рассказал, чем обжёг душу Мелисова такой яростью, которую он не испытывал никогда в жизни. Распрощавшись с Дмитрием, Олег распахнул окно и, уперевшись ладонями в подоконник, долго вдыхал холодный отрезвляющий воздух. Отпустило.
Мелисову не хотелось бить Сергея, но он чувствовал, что непременно бы сделал это, окажись Багрянов в тот момент рядом. Следом за таким жестоким срывом последовала бы «простуда», поэтому хорошо, что поэт куда-то ушёл. Чтобы хорошенько отвлечься, Мелисов погрузился в работу. Это помогло отчасти забыться, вот только время от времени взгляд сам собой скользил к часам. Те пробили шесть, семь, восемь…
Из коридора донёсся звонок телефона и Олег, бросив бритву в раковину, вышел из ванной, по дороге вытирая с щёк остатки пены полотенцем, одна половина которого висела на плече.
– Доброе утро, Олежа, – раздался из трубки несколько напряжённый голос дяди Бори.
– Доброе утро, – ответил Мелисов, посмотрев на себя в зеркало. На подбородке осталось белое пятно пены, и мужчина стёр его пальцем.
– Можешь сегодня приехать на дачу?
– А что случилось?
– Да Юре плохо. Был приступ, прикован к постели. Врач сказал, его может не стать в любой момент.
– Вот чёрт, – пробормотал Олег. – Буду, конечно же.
– Хорошо, спасибо. Свидимся, – добавил дядя Боря и положил трубку.
Мелисов выпил чашку кофе и еле осилил бутерброд с сыром – аппетита совсем не было. Облачившись в свежую одежду, он вышел из квартиры синхронно с соседкой. Та как-то странно покосилась на мужчину и буркнув слова приветствия, поспешила вниз по лестнице. Олег сообразил, в чём дело. Видимо, их с Сергеем ругань слышна в соседской квартире. Если не всегда, то время от времени, и Жильцовым этого достаточно, чтобы мысленно окрестить Мелисова и Багрянова «итальянской семейкой», а такие – горе для любого соседа.
Впрочем, подобные пустяки быстро вылетели из головы. Путь Олега лежал на Кропоткинскую набережную, где полным ходом шло строительство помпезного, со всем размахом «сталинского ампира», спортивного комплекса. Бассейн в 130 метров, спортивная арена, вмещающая 30000 зрителей, спортивные залы, оздоровительные кабинеты – всё это располагалось на десяти этажах монументального и величественного здания, тянущегося к небу. При входе планировалась статуя Сталина, протягивающего вперёд руку. Вверху, меж пятым и шестым этажами, будет выгравировано «Дом Советского спорта». Мелисов видел эскизы проекта – это было впечатляюще.
Оставив машину чуть поодаль от строительной площадки, Олег сунул руки в карманы своего длинного чёрного пальто и посмотрел на Москву-реку, подёрнутую поволокой тумана. Когда-то на месте будущего спортивного комплекса находился храм Христа Спасителя, который был взорван в тридцать первом (зачем советскому народу эти дома для бессмысленных поклонений несуществующим богам?).
