диктует самой себе Принцесса, сидя в высокой одиночной башне. Ссутулилась на табуретке так, что видна проходящая по спине линия пуговиц-позвонков. У Принцессы тонкая слабая кожа, храбрая зубастая улыбка, хрупкая рваная память. К Принцессе приходит много историй-снов по ночам, почти все – кошмары. Приходится записывать наутро хоть что-то – самую крошечную мысль, – чтобы снова и снова пытаться сложить пазл: о чем они хотят сказать? Так из аксиом выводится Правило хотя бы одной строчки. Строчки, правда, чаще всего выходят кривыми и бессмысленными: так бывает, если писать не головой, а позволить сонной руке самой выцарапывать неуклюжие пузатые буквы с наклоном влево. В книгах пишут, что именно из таких кусочков раньше и составлялись пророчества. Принцесса не уверена, что это правда, но думать об этом некогда: у принцесс очень много дел.
Главное дело – ждать спасения.
Скучное, конечно, занятие – и бесконечно одинокое.
Особенно в последнее время.
Охранявший ее Дракон остыл, уснул и окаменел: птицы теперь вьют гнезда в скалистых углублениях, еще недавно бывших складками его чешуи. Принцесса сильно грустит по другу, хотя на всю его долгую службу не выпало ни одного случая для огненно-пламенного защитного огня – не нашлось ни одного рыцаря-принца-солдата, который бы хотел навредить Принцессе.
В сиротливом ожидании нудно, пресно и голодно: Принцесса нагружает сумку необходимым и спускается по холодным каменным ступеням. Выходит в лес, делает сколько-то шагов (чуть больше семисот четырнадцати, но чуть меньше семисот сорока) и, когда замечает рыжее крупное пятно в просвете между деревьев, бесшумно поднимает лук, прицеливается, отводит руку и выпускает стрелу. Тетива звенит и вибрирует. В тридцати метрах тяжело падает зверь.
жизнь – это побег от двух вопросов:
откуда мы пришли и куда уходим
Принцесса находит огромные елочные лапы и укладывает тушу на носилки. Тащит обратно к башне. Вместе с исчезновением близких приходит еще одна несправедливость – необходимость перестраивать быт под новоприобретенное одиночество. Без Дракона столько мяса Принцессе не осилить – приходится изучать книги по процессу вяления:
просолить,
разделать на тонкие полосы,
нанизать на веревки и поднять над головой как можно выше,
вывесить на открытый воздух,
довериться ветру
и – снова – ждать.
В ожидании принцесса набирает несколько ведер воды из ручья. Идет на реку проверить рыболовные сети. Колет дрова. Возвращается в башню. Шаги неслышные и легкие. Ноги тугие и сильные. Башмаки кожаные и самодельные (когда пара изнашивается, Принцесса оставляет обувь тут и там – ходит слух, кому-то удалось так встретить своего Принца).
Излишки мяса и рыбы Принцесса относит в город. Меняет добычу на фрукты и овощи, на хлеб и молоко, на овечью шерсть. Шерсть нужно очистить от жира и промыть, прочесать неторопливо и разделить на волокна, составить однородное полотно. После необходимо разделить его на тонкие полосы, скрутить их в тонкие нити и сучить, чтобы стали прочными и выносливыми. Такими нитями получится обвить веретено. Когда придет время оставить дела и приняться уговаривать бессонницу уступить ей ночь, Принцесса займет руки пряжей.
Ниточка бежит-длится-тянется, крутится, истончается, рвется.
Принцесса делает узелок.
деревьям неизвестно, зачем волноваться о будущем:
их корни упираются в прошлое, а они растут, не задавая вопросов
Другие задачи всплывают и растворяются в звеньях временной цепочки, которая не может не напоминать удаляющийся – неторопливо и неизбежно – птичий клин, но кое-что Принцесса делает каждый день:
достает тяжелый прямоугольный ящик из махагони, которому чудом удалось сохранить глубокий красноватый оттенок;
открывает задвижку и гладит бархат внутри, там, где хранятся фишки;
достает шашки в форме ракушек-улиток: белые сделаны из бивня мамонта, черные – из эбенового дерева;
расставляет их по клеткам, двигает так, чтобы стояли ровно на середине;
начинает партию, которую непременно нужно довести до конца (по-другому не бывает, по-другому Принцесса просто не может, не умеет и не хочет).
Каждый проигрыш – это новый седой волос.
Так было всегда, теперь, однако, когда Принцесса играет сама с собой, количество седых волос, равномерно рассеявшихся по голове, тоже замерло в ожидании.
На ночь Принцесса заплетает черно-белые волосы в длинную косу, перевязывает их шерстяной нитью.
Ниточка бежит-длится-тянется, крутится, истончается, рвется.
Принцесса делает узелок.
любовь – это комната с одним стулом
(что это вообще значит?)
Проходящие дни приготовлены из песочной муки, осыпающейся по краям. Крошки разбросало ветром.
Утренние строчки;
взгляд в зеркало – ничего не изменилось;
завтрак, обед и ужин
с перерывом на
пробежку, охоту, прогулку на рынок, стряпню, прогулку по лесу, таскание воды, колку дров, прогулку к озерам, принятие ванны;
партия в шашки – обязательно довести до конца, стать выигравшей, сделаться проигравшей;
взгляд в зеркало – снова ничего не изменилось;
заняться пряжей: связать шарф, свитер, покрывало, ловец снов;
сдаться бессоннице, приветливо махнуть рукой кошмарам.