Принцесса готова идти к воде и целовать каждую встречную лягушку – быть может, хотя бы там случится чудо и найдется порядочный человек. Принцесса и сама не знает, зачем ей сдались правила этой глупой игры, но что-то внутри нее горит нетерпеливым зудом, вынуждает бежать; и бег этот – Принцесса точно знает – правильный.
мир толкает меня жить потихоньку,
и если время нелинейно, может, что-то из этого и выйдет?
Принцесса записывает строчку этого дня: ссутулилась на табуретке так, что видна проходящая по спине линия пуговиц-позвонков. У Принцессы тонкая слабая кожа, храбрая зубастая улыбка, хрупкая рваная память. К Принцессе приходит много историй-снов по ночам, почти все – кошмары. Принцесса, конечно, знает, что с этим делать. Все просто и очевидно, нужно только…
…вспомнить как можно больше. Принцесса ходит в горы, сплавляется по рекам, отправляется в забытые всеми лохмотья пространств. Принцесса ищет людей – великих глупцов и наивных старцев, достает из беспамятства истории семей и народов, возвращает к жизни старых богов и мифических существ. С каждым куском памяти, который принцесса разыскивает, один волос на ее голове из черного становится седым. Наконец приходит день, когда в снежной шапке ее волос остается лишь один цвета сажи.
Перед тем как лечь спать, Принцесса вырывает последний черный волос, обвивает его вокруг пальца и пишет записку завтрашней себе: заказать кулон-хранилище и положить туда собственное стремление забыть то, что хочется забыть.
…забыть как можно больше. Принцесса ходит в город, ищет честных и добрых людей, предлагает даром отдать им все воспоминания, оставив себе только одно – самое сокровенное. Принцесса дарит все, что у нее есть: знания о древних пророчествах, об охоте, о пряже. С каждым куском памяти, который принцесса отдает, один волос на ее голове из седого становится черным. Наконец приходит день, когда в смоляной шапке ее волос остается лишь один серебристый.
Перед тем как лечь спать, Принцесса вырывает последний седой волос, обвивает его вокруг пальца и пишет записку завтрашней себе: заказать кулон-хранилище и положить туда собственное стремление помнить того, кого хочется помнить.
время отваливается клочьями,
освобождая пространство от общих безликих мест
Принцесса просыпается, но записать нечего: ей снилась пустота. Зеркало показывает девушку с тонкой бледной кожей, храброй зубастой улыбкой и ровными длинными волосами до пояса – все до последнего волоски окрашены единым цветом. Принцесса осматривает покои: на пустом письменном столе – массивный деревянный ящик в клетку, разложенный квадратом, на клетках аккуратно расставлены круглые черные и белые фишки.
Окошко башни показывает не по-утреннему обиженные тучи, из сердца которых падают крупные дождевые капли. Принцесса видит молнию, она похожа на перевернутое дерево с корнями в небесах и бегущими к земле ветками. Молния касается Драконьей скалы – направляет Принцессу туда, где можно найти будущее.
Драконья скала раскололась надвое, словно фисташковая скорлупа. Принцесса спускается в расщелину, чтобы испачкать ноги и платье в мокрой грязи и чтобы найти голубое яйцо – размером с человеческую голову – в лиловую крапинку – размером с человеческий глаз. Стоит Принцессе дотронуться до яйца, поверхность идет трещинами, из-под которых виднеется тонкая, хрупкая – совсем еще детская – чешуя. Принцесса принимается счастливо хохотать. Чем громче становится ее смех, тем пуще льет дождь.
(Количество слов в минуту: неизвестно)
Когда для меня только наступает утро, в мире Али уже вовсю идет время постзавтрака: она сидит перед тарелкой с расковырянным скремблом. Иногда мне кажется, что для Али любое время – это время постзавтрака: обычно никто не успевает застать ее за едой.
По правде говоря, она с самого детства вставала раньше всех, чтобы быть как Деда, которому тоже никогда не спалось. Думаю, если попросить Алю составить рейтинг самых счастливых утренних часов, первые пришедшие в голову будут связаны именно с ним: вот эти двое идут за молоком и яйцами в ближайший ларек; вот Деда покупает Але жареный пирожок с ягодным повидлом (взяв с нее, конечно, клятву, что она ни за что не проговорится Бабушке или родителям) в круглосуточном магазине; вот Аля поставила локти на столешницу и приоткрыла рот: следит за тем, как Деда замешивает тесто, распределяет его по сковороде и переворачивает блин, подкидывая в воздух. Помню, однажды Аля попросила его налить жидкое тесто на сковороду, и тогда, конечно, все пошло не так: получился не блин, а полусырой-полугорелый ошметок. Аля ужасно расстроилась, а Деда сказал: «Первый блин комом», что в его случае никогда не было правдой.
Я думаю о том, что надо заморочиться и приготовить ей блинов, когда замечаю, что, несмотря на то что Аля без конца разминает яичницу вилкой, она не притронулась к еде.