– Ты представляешь, этому предателю было мало моих унижений, – сказал он уже заметно исказившимся от алкоголя голосом. – Он решил не только вонзить нож в мою спину, но и провернуть его, чтобы я совсем истёк кровью.
Евгений неожиданно схватил нож со стола и изобразил, как пронзает им воздух. Катя невольно вздрогнула от его резких движений.
– Эта гадина ещё называла себя другом, представляешь? – произнёс он с обидой, а потом допил остатки пива и отставил бутылку в сторону. – Сначала он бросил всех нас, подставил перед министерством, а потом решил ещё и сдать меня, рассказал им о моих планах. Теперь там бесконечные проверки, а меня выкинули на улицу как шкодливого пса. Как… как собаку, понимаешь? Меня ведь теперь могут посадить, Кать, закроют в клетке до конца моих дней. Скажи, я разве заслужил такого?!
Катя всё-таки прошмыгнула мимо него на кухню и попыталась успокоить.
– Да, ты уже рассказывал, это действительно ужасно, – с искренним сожалением сказала она, при этом с ужасом поглядывая на нож в его руках. – Но почему ты решил, что это Лёша тебя сдал?
– А кто ещё? Все, кто знал о проекте, теперь вместе со мной находятся под следствием, один этот чистюля остался не при делах. Эта крыса предала меня снова, я знаю это, – процедил он сквозь зубы, источая целые потоки ненависти. – Он завидовал тому, что я смог доделать Клото без него, всего добился сам. Уколол его прямо в уязвлённую гордость. Мелочное гадливое создание.
Катя медленно подошла к столу, села напротив мужа и заглянула в его потерянные глаза, которые, казалось, в любой момент начнут источать нескончаемые потоки слёз.
– Жень, тебе нужно успокоиться. Я уверена, что всё ещё образуется, комиссия во всём разберётся. Тебя не будут сильно наказывать, ты ведь столько для них сделал. Кто посадит такого великого учёного, а? Ну заставят переделать проект или ещё чего.
Евгений нервно усмехнулся.
– Не-е-ет, Кать, ты не понимаешь, это конец. Для меня всё кончено. Я должен был изменить мир, стать для него всем, а стал никем, мелким обманщиком в глазах государства. Я думал, что впервые в жизни обрёл настоящего друга, единомышленника, а оказалось, что пригрел на груди очередную змею, которая впоследствии уничтожила мою жизнь и мечту.
Новиков напрягся, прикусил губу и посмотрел на своё отражение в лезвии ножа.
– И что ты собираешься делать? – со страхом спросила Катя, поглядывая на кровожадный блеск металла, отражающийся в глазах мужа.
– Ничего, – неожиданно ответил он, потом достал из-под стола новую бутылку пива, откупорил крышку при помощи этого ножа и отложил его в сторону. – Буду сидеть тут и пить дальше.
Он сделал очередной глоток, а Катя с облегчением выдохнула.
– Не знаю, я уверена, что Лёша не мог так с тобой поступить, – добавила она.
– Не мог? Да откуда тебе знать, он уже давно не тот невинный мальчуган из твоей группы. И вообще, с каких пор ты на его стороне?
– Я на стороне правды! – отрезала она. – Я проработала с ним в институте не меньше твоего и знаю, что Лёша не такой человек. Тем более, он всегда заботился о тебе, переживал за твоё состояние, говорил, что эта машина опасна и может причинить тебе вред.
Катя резко замолчала и плотно сомкнула губы, испугавшись, что сболтнула лишнего, но было уже поздно. Её слова слились в ещё один клинок, вонзившейся в спину Евгения.
– Подожди, что?! – с возмущением проревел он. – Ты общалась с ним после ухода?
Он нахмурился и пристально всмотрелся в убегающий взгляд жены.
– Да, я помогла ему после вашей драки. Что такого? А ещё он однажды притащил тебя домой в полной отключке, и мы немного поговорили.
– И ты скрыла это от меня?! – продолжал обвинять он на повышенных тонах.
Новиков зарычал от негодования и ударил кулаком по столешнице, из-за чего с неё тут же слетела стойка со столовыми приборами, со звоном рассыпая ложки и вилки по всему полу.
– Женечка, пожалуйста, успокойся. Ты пугаешь меня. Здесь у тебя нет врагов, мы всегда были на твоей стороне.
– «Мы»? – Новиков заводился всё сильнее, ощущая, как алкоголь только подливает масла в огонь его праведного гнева. – У вас уже есть какие-то «мы»? И как часто вы обсуждали меня за спиной?
– Это неважно! – сорвалась Катя и на её глазах заблестели слёзы. – Перестань цепляться к словам. Никто и никогда не желал тебе зла, ты сам его навлекаешь своим мерзким характером.
В тот же миг глаза Евгения округлились, и в них вспыхнула ясная догадка. Он будто вырвался из векового заблуждения.
– Я, кажется, понял, – сдавленным голосом выдавил он, потом вцепился в голову и завыл сквозь полусомкнутые зубы: – Чёрт возьми, какой же я был дурак. Это ты! Это всё ты!
Энергичным взмахом руки он указал на жену, отчего она заметно вздрогнула и от страха привстала из-за стола.
– Вы спелись с ним, – без остановки кричал Евгений, краснея и наливаясь гневом. – Это ты сказала ему, что машина готова, это из-за тебя меня вышвырнули из проекта!
– Что ты несёшь?! – возмутилась Катя, пускаясь в слёзы.
– Даже не отрицай! Как ещё он мог узнать?
– Откуда я знаю, с кем он ещё общается? – безбожно врала она, всё дальше загоняя себя в угол.
