— Думаю, мы должны им помочь. — Лугнуада натянула тетиву и выстрелила йотунской стрелой в ближайшего сурта.
Тело чудовища закипело и медленно осело, постепенно превращаясь в лавовую лужу.
— Отличный подарок! — обрадовалась эльфийка, принимаясь выборочно отстреливать огненных исполинов.
—
Вспоминая занятия по монстрологии и элементалистики, студент вызвал огненный шар и метнул его в сурта. Шар потонул в груди удивлённого чудовища, тело его закипело, а Ильдрим расставил руки в стороны, и по всему телу чудовища образовались красные шрамы. Они засветились, и сурта разорвало на части.
— Давно не видел вемфальской магии! — восхитился Ферршан.
Натанур бесстрашно направился в самую гущу врагов.
— Что он делает? — удивился Жартан. — Ему жить надоело?
Ловко спрыгнув с вороного коня и быстро поместив его в уздечку, чёрный рыцарь смело двинулся на чудовищ, нанося им меткие удары мечом. Сурты серели. В них словно потухал огонь, и они безжизненно падали, походя на обгорелые деревья.
— Кто же он такой? — задался вопросом Ильдрим.
— Смотрю, ему по плечу любая вражеская сила, — отметил Гельгарот, следя за битвой.
— Да, хорошо, что мы забрели в его мельницу, — добавил Берослав, вздыхая из-за бездействия.
Один из грифонов не успел увернуться от удара и с клекотом свалился вместе с всадником. Жартан подлетел к пострадавшему, чтобы помочь, но понял, что тот уже мёртв.
— Оружие! — крикнул ему Ферршан.
Генерал понял императора и взял у убитого меч и раздвижное копьё. Направив грифона к Гельгароту и Берославу, Жартан передал им оружие.
— Хватит отдыхать! — прогремел голос императора. — Но потом верните!
Сжав шордаррский меч, Гельгарот спешился, поместил гнедого коня в уздечку и направился к месту битвы. Его опередил Берослав, спрыгнувший с оленя. Радостно скалясь, леший уже собрался метнуть копьё в сурта, но вовремя вспомнил, что оно не вернётся к нему в руку, как его собственное, вырезанное из каменного дуба. По-медвежьи зарычав, Берослав побежал к огненному исполину со сжатым в руках шордаррским оружием. Лешего обдало жаром, но он, не обращая внимания на подпаленную гриву, продолжил наступать на врага и поразил его в грудь. Когда сурт упал, Берослав, уворачиваясь от огненного шара, оглядел поле битвы в поисках нового врага.
— Меня не испугать пламенем! — Гельгарот присоединился к битве и заколол первого сурта.
Один из богов войны во время очередного пикирования на огненных исполинов выронил колчан со стрелами. Поймав его, император Ферршан не стал возвращать владельцу, а снизился к Лугнуаде.
— Хватит тратить стрелы отморозков, они пригодятся в других местах. Возьми лучше наши.
Отложив йотунскую стрелу, эльфийка пустила шордаррскую в грудь сурта, и тот с грохотом развалился на куски.
— Эти тоже хороши, — улыбнулась Лугнуада.
Берослав подобно льву прыгал между суртами, ловко орудуя шордаррским копьём, хотя то весило в разы больше его деревянного. Исполины падали вокруг лешего, на лице которого застыл звериный оскал. Полученные ожоги его не останавливали.
— Даже если бы вемфальские маги не построили стену, мы вряд ли смогли бы завоевать этот народ, — с уважением сказал Жартан. — Они бы скорее погибли, чем сдались.
Несмотря на невыносимую жару и оплавленные в нескольких местах доспехи, Гельгарот орудовал шордаррским мечом не хуже, чем своим Змееборцем. Получив удары в живот, сурты падали вокруг герцога. Одно из чудовищ незаметно подошло сзади и замахнулось кулаком, но Гельгарот почувствовал опасность, обернулся и увидел, как огненный шар сбил исполина с ног. Посмотрев на Ильдрима, пустившего шар, герцог усмехнулся — вспомнил, как переживал, что будет отвлекаться на спасение студента, а оказалось, что тот неплохо справляется со спасением герцога.
— Ещё немного, и путь свободен, — раздался с высоты голос Ферршана.
Поражённые Натануром последние сурты, испустив дух, повалились на землю.
Гельгарот и Берослав вернули богам войны их оружие. Лугнуада хотела добавить к ним и оставшиеся шордаррские стрелы, но император её остановил.
И тут поднявшееся над вулканами солнце ударило по глазам.
— Вот потому-то я и спешил, — объяснил Ферршан. — Сражаться вслепую было бы не удобно.
— А почему нельзя было дождаться, когда солнце достигнет зенита? — спросил Ильдрим.
— И потратить впустую полдня, — фыркнул император.
— И почему мы не перелетели через равнину? — поинтересовался Берослав. — Грифоны выдержали бы двоих всадников.
— Сурты всё равно бы нас почувствовали и настигли в ущелье, — ответил генерал Жартан. — А там с ними сражаться гораздо сложнее.
— Мы в любом случае вынуждены с ними сражаться, — добавил Ферршан. — Сражение — это наша жизнь. Это наша кипящая кровь.
