Хаято, шатаясь, отходит в сторону, не представляя, что им теперь делать. Надо узнать, что находится за границей их заточённого мира, но и такие сюрпризы со стороны пламени нельзя игнорировать. Он еле концентрирует взгляд на своей ладони. Его пламя, значит, тоже поменялось? И как им двигаться дальше, уходить куда-то. А есть ли вообще куда? По телу проходит дрожь, и он только сейчас замечает в себе чувство, которое появилось ещё в первые дни после падения. Ему тесно в городе. Будто он находится в клетке, в которой нельзя ни развернуться, ни свободно вздохнуть.
И что им делать дальше, когда звёзды начинают взрываться?
Комментарий к Метеор 17. Падение вселенной.
Небольшая задержка, извините. Глава вышла немного меньше, чем обычно. Следующие, возможно, будут так же не очень большими. И даа. Пошло движение.
И, у меня, наконец, появилась Бета. Спасибо ей большое, за помощь.
Наслаждайтесь)
========== Метеор 18. Метеоритный дождь. ==========
В спальне девушек раздаётся злой крик, который не прекращается ни на мгновение. Все в доме заинтересованно прислушиваются к недовольному голосу Миуры, который не слышно, разве что, в тренировочном зале.
— Меня не было всего одну ночь с вами, потому что я спала, а вы уже нашли тёмную материю и определили, что у Тсуны-куна пламя внезапно стало похожим на взрыв сверхновой?!
Киоко чуть испуганно отскакивает от сидящей на кровати девушки и прячется за спину Бьянки.
— Бьянки-сан, — она зовёт её еле слышно. — А Хаято-кун говорил, что у неё должен быть шок… Где он?
— Потерялся… — тихо шипит девушка.
— Как так можно?! А что нас ждёт дальше… — вот тут голос шатенки стихает, и она заинтересованно смотрит на подруг, будто что-то обдумывая. — У Бьянки-сан же пламя урагана. Значит, оно тоже изменилось… Как и у остальных… Надо поскорее найти новые изменения!
Девушка резко подрывается с кровати, будто не ей вчера пришили протез. Она чуть покачивается, скорее из-за непривычки твёрдо стоять на двух ногах, но быстро находит равновесие. Хару удивлённо охает и на пробу двигает механической ногой, проверяя её работу и исправность.
— Где Хаято-кун?
Киоко и Бьянки настороженно косятся на неё. Больше всего напрягается последняя, потому что чувствует, что тоже подвергнется расспросам, если не исследованиям. Нет, она доверяет их троице учёных, но огонь в глазах Хару — и точно такой же у Хаято — слегка пугает. Они не сделают ничего страшного, но… Они просто настораживают.
Хару же, понимая, что никто ей не собирается отвечать, упирает руки в бока и качает головой, смотря на них. Первые шаги даются ей тяжеловато: стоять на двух ногах непривычно, но жутко приятно — само это ощущение, что посторонняя помощь уже не нужна. Вот только она понимает, что долго ходить сейчас не сможет — быстро устанет. Хару тяжело вздыхает и оглядывается на кровать, решая: остаться или всё-таки пойти. Она в растерянности. Нога с непривычки уже устаёт от металла, который превышает вес здоровой конечности. А вот внутри всё сжимается от ожидания новых открытий. Что изменится, если она останется? Но что она узнает, если всё-таки пойдёт?
— Она проснулась?! — дверь звучно ударяется о стенку, а Хару чуть улыбается. Что же, вселенная всё решает за неё.
— Хаято-кун, моя помощь нужна?
Стоять всё-таки уже не так тяжело, поэтому пройти несколько метров не должно составить для неё труда.
— Да, книги по астрономии, ты их лучше изучила. Нам нужна вся информация о темной материи и…
— Сверхновой, — она замирает, а потом добавляет, направляясь к юноше. — И всё-таки, как можно было за один вечер столько узнать? Нечестно…
— Ну, это было вчера, а сегодня надо попытаться разобраться со всем этим.
Она медленно переводит взгляд на Хаято и едва удивлённо охает, задумываясь об исследованиях.
— Мне нужно срочно увидеть, что Тсуна-кун натворил вчера! А ещё, после этого, глянуть на это пламя в живую!
— Ты хоть представляешь, насколько это небезопасно?! Это же сверхновая — она уничтожит весь город на полной мощности, если не больше!
— Ага, возможно, — девушка нагло выходит в коридор и направляется в сторону кабинета, но тут же замирает, когда её за руку хватает Киоко.
— Ты сначала пойдёшь и поешь, а уже потом будете разбираться с пламенем, — тон, не принимающий возражения, совсем немного, но пугает.
— Киоко-чан, а может…
— Нет, ты идёшь есть, Хару-чан. Тебе необходимо хорошо питаться после операции, — Сасагава тащит сопротивляющуюся девушку за собой, совсем немного злясь на подругу. Та, похоже, совершенно не думает о себе, забив голову только этими исследованиями. Честно, это пугает, но она уже привыкла, что её подруга умная и всё время рвётся помочь остальным.
— Хаято, — юноша обращает внимание на свою сестру, слегка улыбаясь той. — С нашим пламенем пока ничего не известно? А то становится не по себе использовать его на дежурствах.
— Пока ничего не замечал. Кроме тёмной материи у дождя и сверхновой у неба, ничего нового нет. Да и то, надо разобраться с материей, потому что… Ну, не может же она всё время быть в жидком состоянии, так от неё пользы совсем никакой!
