Линда, увидев брата, выжидающе гневно смотрела на него. И ее ноздри вздувались, как у быка. Ярость и злость копились в ней капля за каплей.
— Линда, я…
— Заткнись, Сайлас!
Она пыхтела.
От каждого слова лицо Линды искажалось жестокими морщинами.
— Как ты мог? Ты же ведь знаешь, что это за деньги? Я откладываю их на наш дом. Чтобы у нас была крыша над головой! Чего тебе не хватает? Еды? Воды? Почему ты ничего не сказал мне?
— Я просто хотел угостить Одри мороженым и сахарной ватой на фестивале… я немного взял…
— Мне плевать, сколько ты взял Сайлас! Одну купюру, пять или всю чертову пачку! Плевать! Но мне не плевать на то, почему ты мне ничего не сказал. Почему не попросил денег у меня? Почему ты взял из нашего неприкосновенного запаса без спроса? Вошел ко мне в комнату. Достал шкатулку. Взял деньги. И смылся, как вор! Ты мог подойти. Сказать. Думаешь, я бы не дала денег на чертовое мороженое? Не дала бы тебе несчастные монетки на сахарную вату?
— Я… я…
Сайлас не знал, как оправдать себя.
— Говорю еще раз, Сайлас. Плевать я хотела на то, сколько денег тебе понадобилось. Но я просто в ужасе от того, что ты нагло их украл, не спросив у меня! Я думала, что мы — семья Сайлас. Что мы помогаем друг другу, а не воруем! Собственные деньги! Это наши сбережения на дом, Сайлас. Пойми же ты наконец! Я сама не притрагиваюсь к этим деньгам! Никогда! Думаешь мне не хочется? Хочется, но я каждый раз бью себя по рукам, потому что понимаю, зачем они нужны. Я их зарабатываю, Сайлас. Я. Почему ты никак не повзрослеешь? Я хочу, чтобы ты помогал мне, нашей семье, а не воровал у нас! Сайлас, я разочарована в тебе. И я уже сомневаюсь заслужил ли ты этот кулон!
Рука Сайласа метнулась к кулону. Серебро обжигало кожу.
— Я же не воспитывала тебя таким, Сайлас. Ни вором. Ни лжецом. В кого ты такой? Почему ты так поступил, Сайлас? Скажи мне теперь… скажи, прошу!
Но он не мог.
Ни губы, ни язык его не слушались. Соленый ком застрял в горле. Он не мог произнести ни слова. Все, что он мог — бороться со слезами, стоящими в глазах. Как сейчас не расплакаться?
Он подвел сестру! Подвел семью!
Почему он такой дурак? Почему?
Он не заслужил маминого кулона…
— Тебе стыдно, да, Сайлас? Стыдно? Хорошо. Пусть так.
Линда тяжело выдохнула и опустилась на край дивана. Она начала плакать. Со слезами она собирала разбросанные купюры и украшения.
— Никогда больше не прикасайся к этим деньгам, Сайлас. Ты меня понял?
— Линда, прости…
— Никогда!
— Я… помогу все собрать…
— Ты уже достаточно помог, Сайлас. Иди к себе в комнату. Не хочу видеть тебя сегодня. И завтра тоже.
— Линда…
Он сделал шаг вперед.
— Просто… уйди, Сайлас. Прошу по-хорошему. Уходи.
Он стоял и смотрел на нее. Линда выставила руку вперед и отвернула заплаканное лицо.
Сайлас видел слезы Линды в третий раз. Первый — когда она узнала, что мама и папа погибли в автокатастрофе. Второй — когда она наконец отстояла право жить с ним и Филисси вместе.
Сайлас не стал провоцировать сестру. Он подчинился и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
— Что случилось, братик? — Филисси стояла прямо перед ним.
Она все же слышала их крики…
— Идем, Филисси. Линда сейчас не в настроении.
— Линда!
Филисси рванулась мимо него, к комнате Линды, но Сайлас схватил сестру за руку.
— Она не хочет никого видеть, Филисси. Пошли спать. Линда хочет отдохнуть. Она устала.
Филисси сдержала порыв и не пошла в комнату к старшей сестре.
— Я буду спать с тобой.
— Ладно, идем в мою комнату.
Сайлас не хотел пить какао. Глоток в горло не лез. Он лег с сестрой на кровать. Филисси уснула быстро, а вот он наконец заплакал, уткнувшись в подушку.
Почему он допустил это? Почему поссорился с сестрой? А ведь лето так хорошо начиналось!
Ужасный день! Ужасный!
Сайлас плакал в подушку, пока она не промокла от его слез. А потом он, глядя на сестренку, уснул.
Под вечер Сайлас услышал, как дверь в комнату открылась. Он приоткрыл глаза, но притворялся спящим.
Это была Линда. Она прошла в комнату и накрыла его и Филисси одеялом. А потом ушла, и дверь закрылась.
Простила ли она его?
Конечно, это же Линда. Она не может иначе. И он не может.
Сайлас сел в кровати. Он подумал: может, стоит пойти к Линде и извиниться? Но не стал. Он услышал, как начал закипать чайник. Наверное, Линда хочет побыть одна.
Сайлас постарался снова заснуть. Дождь не заканчивался. Сайлас лежал и слушал звуки ливня. Уснуть получилось лишь глубокой ночью.
Третий день лета выдался куда приятнее и солнечнее минувшего дождливого четверга. Команда Пиратов утром рано, позавтракав хурмой с огорода Эбенейзера Харкоерта, отправилась на пляж.
Океан подарил ребятам легкую прохладу. Одри окунулась за заветной жемчужиной, ждущей ее в моллюске. Но ничего не нашла.
— Наверное, сбило волнами во время вчерашнего дождя, — подумал Барри, — и ветер такой был! Почти настоящий шторм.
Но настоящим штормом вчерашний ливень не назвать. Коралловая Долина знала все о настоящих штормах.
— Ах, жаль, что я не смогла ее спасти, — вздохнула обреченно Одри.
— Ничего, еще найдем! — взбодрила подругу Эгли.
