– У меня есть набросок… – Захарус порылся в своем плаще, предъявив слабый запах плесневелого лука и неопрятную пачку бумаг странного размера, исписанных каракулями самого неразборчивого почерка, какой только можно вообразить. – Как ты видишь, основные пункты отражены. В идеале нужен статус полунезависимого анклава под протекцией, платящего номинальные налоги имперскому правительству. Есть прецедент. Город Калкис обладает таким статусом. Так что есть… была… как она называется? Такая штука. Ну, ты знаешь. – Он зажмурился и хлопнул по голове, словно мог выбить ответ.
– У вас есть некоторый опыт с законами, – сказал Темпл, пробежавшись по документу.
Старик отмахнулся рукой, испачканной в подливе.
– Имперские законы, и давным-давно. А эта конвенция должна также увязывать законы Союза и традиции рудокопов.
– Сделаю, что смогу. Она, конечно, не будет значить ничего до подписания представителем местного населения и, ну, императором, наверное.
– Имперский легат говорит от имени императора.
– У вас тут есть такой поблизости?
Захарус и Мэр обменялись взглядами.
– Говорят, легионы легата Сармиса в четырёх неделях похода.
– Как я понимаю, Сармис… не тот человек, которого стоит приглашать по своей воле. А тем более его легионы.
Мэр безропотно пожала плечами.
– Воля тут ни при чем. Папа Кольцо намерен привести Криз в Союз. Как я понимаю, его переговоры в этом направлении продвинулись далеко. Этого
– Я понимаю, – сказал Темпл. Что их обостряющиеся споры приобрели межнациональный размах и могут обостриться и дальше. Но обострение споров – это мясо и выпивка для юриста. Ему пришлось признаться что он испытывает некий трепет от мысли возвращения к этой профессии, но это определённо выглядело как лёгкий путь.
– Сколько времени займёт подготовка документа? – спросила Мэр.
– Несколько дней. Мне нужно закончить магазин Маджуда…
– Сделай документ приоритетом. Твоё вознаграждение составит две сотни марок.
– Две… сотни?
– Этого достаточно?
Совершенно точно лёгкий путь. Темпл прокашлялся и сказал слегка охрипшим голосом:
– Это будет адекватно, но… сначала я должен закончить здание. – Он удивился своим словам даже больше, чем размером вознаграждения Мэра.
Захарус одобрительно кивнул.
– Человек, который любит доводить дело до конца.
Темпл мог лишь улыбнуться.
– Совсем наоборот, но… мне всегда хотелось таким стать.
Пришли все, более или менее. Всё Сообщество воссоединилось. Ну, кроме Лифа, конечно, и других, оставшихся в земле на равнине. Но остальные пришли. Все смеялись, хлопали друг друга по спинам и врали о том, как хорошо у них идут дела. Одни пускали слезу по тому, как всё было на пути, представляя всё в розовом свете. Другие отмечали, в каком замечательном здании будет работать фирма Маджуда и Карнсбика. Наверное, Шай следовало весело посмеиваться вместе с остальными. В конце концов, сколько времени прошло с тех пор, как она веселилась? Но ей всегда было проще говорить о веселье и ожидать его, чем на самом деле веселиться.
Даб Свит жаловался на предательство старателей, которых он проводил в горы, и которые кинули его с оплатой прежде, чем он смог кинуть их. Плачущая Скала кивала и ворчала, «М-м-м», на всех неправильных моментах. Йозив Лестек пытался произвести впечатление на одну из шлюх рассказами о своём расцвете на сцене. Она спрашивала, было ли это до того, как построили амфитеатр, что по всем оценкам случилось больше тысячи лет назад. В одном углу Савиан хрипло перекидывался словечками с Ягнёнком, и они стояли так близко, словно знали друг друга с детства. Хеджес скрывался в другом углу, посасывая бутылку. Выводок Бакхорма и его жены практически в полном составе по-прежнему путался в ногах у народа, за исключением тех, кого они потеряли в диких землях.
Шай вздохнула и молча снова выпила за Лифа и остальных, кто не мог быть здесь. Возможно, прямо сейчас компания мёртвых подходила ей лучше.
– Когда-то я следил за стадом позади как раз такой же группы!
Она повернулась к двери и сильно удивилась. Там стоял более успешный близнец Темпла – в чёрном костюме, опрятный, как принцесса, а его пыльная копна волос и борода теперь были коротко пострижены. Он где-то обзавёлся новой шляпой, да ещё и новыми манерами, и расхаживал с важным видом, будто он тут владелец, а не строитель.
Вскоре она почувствовала укол разочарования, и даже не потому, что увидела его таким необычным, а из-за того, как сильно предвкушала увидеть его прежним.
– Темпл! – раздались весёлые крики, и все окружили его, чтобы поприветствовать.
– Кто бы мог подумать, что можно выловить из реки такого плотника? – спрашивал Карнсбик, держа руку на плече Темпла, словно знал его всю жизнь.
– Действительно, удачная находка! – сказал Маджуд, словно это он его выловил и одолжил денег, а Шай в то время была где-то в дюжине миль.
Она поводила языком во рту, размышляя о том, как нелегко получить даже заслуженную благодарность, наклонилась, чтобы сплюнуть в щель между зубами, увидела Лулин Бакхорм с предостерегающе поднятой бровью, и вместо этого сглотнула.
