– Точно не знаю… почему они там. – Старому разведчику приходилось говорить быстро, между частыми вдохами. – Но они здесь уже очень давно.
– Это она тебе сказала? – спросила Шай, кивая на Плачущую Скалу, которая упорно шагала впереди.
– Думаю… она со мной столько лет… потому что… я не задаю такие вопросы…
– Уж точно не за твою прекрасную внешность.
– В жизни есть вещи поважнее, чем внешность. – Он искоса взглянул на неё. – К счастью для нас обоих.
– Что им нужно от детей?
Он остановился, глотнул воды и протянул флягу ей, пока наёмники топали мимо них под тяжестью своего разнообразного вооружения.
– Как я слышал, дети здесь не рождаются. Что-то с землёй. Они становятся бесплодными. Всех людей Дракона забрали из разных мест, в то или иное время. Раньше это в основном были духи, иногда имперцы, редко северяне, отклонившиеся от моря Зубов. Похоже, с тех пор, как старатели выгнали духов, Народ Дракона раскинул сети дальше. Покупают детей, как у Кантлисса.
– Меньше болтать! – прошипела сверху Плачущая Скала. – Больше шагать!
Снег валил ещё гуще, но сугробы здесь уже не были такими глубокими, и когда Шай сняла обмотки, то обнаружила, что ветер уже далеко не такой сильный.
Час спустя от снега осталась только скользкая слизь на влажных скалах. Шай стащила промокшие перчатки и всё равно чувствовала кончики пальцев. Ещё час спустя снег падал по-прежнему, но земля оставалась голой, и Шай довольно быстро вспотела, так что ей пришлось снять плащ и сложить в узел. Остальные делали то же. Она наклонилась и приложила ладонь к земле и почувствовала странное тепло, словно это стена пекарни, а с другой стороны топилась печь.
– Там внизу огонь, – сказала Плачущая Скала.
– Да? – Шай отдёрнула руку, словно пламя могло вырваться из грязи здесь и сейчас. – Не сказать, что от такого переполняет оптимизм.
– Это лучше, чем когда дерьмо замерзает прямо в жопе, не так ли? – сказал Свит, стаскивая рубашку, чтобы открыть другую поддёвку. Шай удивлялась, сколько их на нём. Или он так и будет их стаскивать, пока весь не исчезнет?
– Поэтому Народ Дракона живёт здесь наверху? – Савиан прижал ладонь к тёплой земле. – Из-за огня?
– Или здесь огонь из-за того, что они живут здесь. – Плачущая Скала смотрела на склон – на голый камень и щебень, на жёлтые разводы серы, над которым высилась громада скалы.
– За этой дорогой, возможно, наблюдают.
– Определённо так и есть, – сказал Джубаир. – Бог видит всё.
– Не Бог воткнет тебе в жопу стрелу, если мы пойдём этим путём, – сказал Свит.
Джубаир пожал плечами.
– Бог помещает все вещи туда, где они должны быть.
– Тогда что теперь? – спросил Савиан.
Плачущая Скала уже разматывала веревку из своего узла.
– Теперь лезем вверх.
Шай потёрла виски.
– Так и знала, что она это скажет.
Чёрт возьми, но карабкаться оказалось даже труднее, чем подниматься пешком, а обрыв внизу пугал сильнее. Плачущая Скала взбиралась, как паук, и Ягнёнок от неё почти не отставал. Эти двое в горах смотрелись вполне как дома и готовили верёвки для остальных. Шай вместе с Савианом поднимали последних, чертыхаясь и пытаясь найти опору на скользкой скале. Руки болели от напряжения, кисти жгло от верёвок.
– Всё не представлялось случая поблагодарить тебя, – сказала она, ожидая на выступе.
Он не издал ни звука, только верёвка шелестела по его шишковатым рукам.
– За то, что ты сделал там, в Кризе. – Тишина. – Мою жизнь не так часто спасали, такое не забывается. – Тишина. – Помнишь?
Ей показалось, что он едва заметно пожал плечами.
– Складывается ощущение, что ты старался не говорить об этом.
Тишина. Он старался не говорить ни о чём.
– Возможно, ты не очень любишь принимать благодарности.
Снова тишина.
– А может, я не очень-то умею их раздавать.
– Ты просто не спешишь с ними.
– В общем, спасибо. Думаю, если б не ты, меня бы пристукнули.
Савиан сжал губы ещё плотнее и проворчал:
– Думаю, и ты и твой отец сделали бы для меня то же самое.
– Он не мой отец.
– Это ваше дело. Но если тебе интересно, то по-моему, бывает и хуже.
Шай фыркнула.
– Я раньше так и думала.
– Знаешь, он этого не хотел. Или того чтобы это случилось так.
– Раньше я и так тоже думала, но теперь уже сомневаюсь. Семья, да?
– Семья.
– Куда отправилась Корлин?
– Она может за себя постоять.
– О, не сомневаюсь. – Шай заговорила тише. – Слушай, Савиан, я знаю, кто вы.
Он сурово посмотрел в ответ.
– Да?
– Я знаю, что у тебя там, – и показала глазами на его предплечья. Шай знала, что под курткой они синие от татуировок.
– Не могу понять, о чём ты, – но поправил при этом один рукав.
Она пододвинулась ближе и зашептала:
– Тогда просто представь, что можешь. Когда Коска принялся болтать о повстанцах, ну, мой ёбаный длинный язык понесло, как всегда. Я хотела, как лучше, пытаясь помочь, как всегда… но не помогла, так ведь?
– Не очень.
– Ты в это вляпался по моей вине. А если ублюдок Лорсен прознает, что у тебя там… Я к тому, что тебе лучше уйти. Это не твой бой. Ничто не помешает тебе ускользнуть, и тут полно мест, где скрыться.
