– И что ты скажешь? Что я забыл про своего потерянного сына? От такого у них только разыграется любопытство. У вас появятся проблемы. И в конечном счёте у меня тоже. Думаю, лучше мне просто держать голову пониже, и рукава тоже, и держаться вас. Со всех сторон лучше.
– Мой ёбаный длинный язык, – прошипела она себе под нос.
Савиан ухмыльнулся. Возможно, Шай впервые видела его улыбку. Словно открыли фонарь: морщины на его обветренном лице разгладились, глаза внезапно засияли.
– Знаешь, что? Твой ёбаный длинный язык не всякому по вкусу, но мне он почти нравится. – Савиан положил руку ей на плечо и сжал. – Но лучше остерегайся этого хрена, Сакри. Не думаю, что он настроен так же.
Она тоже не думала. Вскоре после этого сверху с грохотом свалился булыжник, едва не задев её голову. Она увидела, что сверху ухмыляется Сакри, и не сомневалась, что он пнул камень намеренно. При первой возможности она ему это сказала, и пояснила, куда именно воткнёт свой нож, если прилетит ещё хоть один булыжник. А других наёмников её острые словечки сильно позабавили.
– Надо бы поучить тебя манерам, девочка, – бросил Сакри и ещё сильнее выпятил выступающую челюсть, в попытке спасти лицо.
– Блядь, учить манерам можно только если они у тебя есть.
Он положил руку на меч, скорее для вида, чем всерьёз, но прежде чем он даже получил шанс, между ними возник Джубаир.
– Клинки покинут ножны, Сакри, – сказал он, – но только когда я скажу, и против кого я скажу. Это наши союзники. Они нужны нам, чтобы показать путь. Оставь женщину, или мы с тобой поссоримся, а ссора со мной – тяжёлая ноша.
– Извини, капитан, – сказал Сакри, нахмурившись.
Джубаир открытой рукой махнул на тропу.
– Сожаление – это врата к спасению.
Пока они спорили, Ягнёнок почти даже не смотрел, и как только они закончили, побрёл дальше, словно его это не касалось.
– Спасибо за помощь, – бросила она ему, когда догнала.
– Я бы помог, если бы потребовалось. Ты это знаешь.
– Словечко-другое не повредило бы.
Он наклонился ближе.
– Как я понимаю, у нас два выбора. Либо использовать этих ублюдков, либо убить их всех. Резкие слова ещё никогда не выигрывали битву, зато несколько сражений проиграли. Если собираешься убить человека, не стоит говорить ему об этом.
И Ягнёнок зашагал дальше, оставив её в раздумьях.
Они разбили лагерь у ручья, испускающего пар, пить из которого Свит запретил. Вряд ли кто-то хотел попробовать, поскольку ручей вонял, как пердёж на празднике. Всю ночь вода журчала рядом с Шай, и ей снилось падение. Она проснулась вся в поту, с саднящей от жары и вони глоткой, и увидела Сакри на страже. Он за ней наблюдал, и Шай показалось, что в его руке блеснул металл. После этого она до утра не смыкала глаз и не выпускала ножа. Как проводила ночи давным-давно, в бегах. А она так надеялась, что такого уже не повторится. И Шай поняла, что хочет, чтобы Темпл был здесь. Уж конечно этот мужик не герой, но каким-то образом рядом с ним она становилась храбрее.
Утром над ними показались серые тени утёсов. За дрожащей пеленой снега они были похожи на развалины стен, башен, крепостей. В скалах были вырезаны отверстия, слишком квадратные для естественных, и рядом с ними насыпаны холмы грунта.
– Сюда добирались старатели? – спросил один из наёмников.
Свит покачал головой.
– Старатели здесь и близко не бывали. Эти раскопки старше.
– Насколько?
– Намного, – сказала Плачущая Скала.
– Похоже, чем ближе мы подбираемся, тем сильнее я беспокоюсь, – кисло пробормотала Шай Ягнёнку, когда они отправились дальше.
Он кивнул.
– Начинаешь думать о том, сколько всего может пойти не так.
– Боюсь, что мы их не найдём.
– Или боишься, что найдём.
– Или просто боюсь, – пробормотала она.
– Бояться хорошо, – сказал он. – Мёртвые бесстрашны, и я не хочу, чтобы кто-то из нас к ним присоединился.
Они остановились перед глубоким ущельем. Издалека снизу доносилось журчание воды, поднимался пар, и везде стояла вонь от серы. Через каньон была перекинута скользкая от влаги арка из чёрного камня с бородой известковых сосулек. Посередине висела огромная цепь со звеньями длиною в шаг. Ржавый металл тихо поскрипывал на ветру. Савиан сидел, закинув голову назад, и тяжело дышал. Наёмники слонялись рядом, передавая друг другу фляжку.
– А вот и она! – хихикнул Сакри. – Охотница за детьми! – Шай посмотрела на него и на обрыв рядом ним и подумала, как сильно ей хотелось бы их познакомить. – Какой дурак понадеется найти здесь детей живыми?
– Почему длинные языки и маленькие мозги так часто ходят вместе? – пробормотала она, но вспомнила о словах Ягнёнка и поняла, что этот вопрос с тем же успехом можно применить и к ней, и потому в кои-то веки прикусила язык.
– Нечего сказать? – Сакри ухмыльнулся, поднимая фляжку. – По крайней мере, ты научилась хоть…
Джубаир вытянул огромную руку и столкнул его с обрыва. Стириец сдавленно крикнул, выронив флягу из руки, и исчез. Тяжёлый удар, грохот камней, потом ещё и ещё – и звуки затихли в ущелье.
