– Сплотитесь или умрите поодиночке! – рычал Савиан. Одна из шлюх, чьё имя Шай забыла, стояла с луком в руке. Её светлые волосы разметал ветер, она кивнула Шай, и Шай кивнула ей в ответ. Голди, точно. Сплотиться. Поэтому они и называются Сообществом, не так ли?
Первую тетиву спустили в панике и не целясь, стрела сильно не долетела. Потом полетели другие, и Шай сама выстрелила в толпу, не особо выбирая цель. Стрелы мелькали и погружались в волны травы, и в несущуюся плоть. Тут и там из седла выпадала фигура, или лошадь меняла курс. Дух в капюшоне свалился назад – болт Савиана прошёл сквозь его раскрашенную грудь – но остальные кишели у хилого кольца фургонов и в итоге охватили его полностью. Они кружились, поднимались на дыбы и вздымали клубы пыли, пока, наконец, и сами, и их раскрашенные лошади, не стали действительно похожи на призраков. Их крики, вопли и животные завывания звучали бессмысленно и обманчиво, как голоса, что слышат безумцы.
Стрелы падали, свистели и стучали вокруг Шай. Одна попала в ящик, другая вонзилась в мешок прямо позади неё, третья задрожала в сидении фургона. Она натянула тетиву и снова выстрелила, и снова, и снова. Стреляла в никуда, куда угодно, крича от страха и злости стиснув зубы. В ушах звенели чьи-то радостные улюлюканья и её проклятья. Завязший фургон Лестека казался теперь красным бугром, и вокруг него толпились фигуры, размахивали топорами и кололи его копьями, как охотники, завалившие какого-то огромного зверя.
Мимо проковыляла пони, утыканная стрелами, врезалась в соседку, и, пока Шай на неё смотрела, на фургон с грохотом запрыгнул косматый человек. Она увидела лишь выпученный глаз на лице, раскрашенном в виде красного глаза, и вцепилась в него. Палец попал в рот, врезался в щёку, и вместе с духом они упали с фургона и покатились в пыли. Сильные руки обхватили её голову, подняли и повернули, а она рычала и пыталась достать нож. Внезапно её голова взорвалась светом, и весь мир стал тихим и странным – сплошные топающие ноги и удушливая пыль. Шай почувствовала жжение, острую боль под ухом, и закричала, задёргалась, попробовала укусить, но никак не могла освободиться.
А потом тяжесть исчезла, и она увидела, как с духом борется Темпл – оба держались за красный нож. Она медленно, как прорастающее зерно, поднялась, вытащила меч, шагнула через качающийся мир, ударила духа и тут же поняла, что это был Темпл, так они сплелись. Шай схватила духа за горло, притянула к себе и вонзила меч ему в спину, тянула и толкала, царапая кость, пока клинок целиком не погрузился в тело, а её рука не стала скользкой и горячей.
Стрелы, тихие, как бабочки, порхали с неба, падали среди коров, и те недовольно мычали и несчастно толкались, а на некоторых виднелись кровь и перья. Один из старых кузенов Джентили упал на колени с двумя стрелами в боку, одна из которых висела сломанная.
– Там! Там! – И она увидела, как что-то шевелится под фургоном, когтистая рука. Шай топнула по ней сапогом и чуть не упала. Один из старателей рядом с ней рубил лопатой. Какие-то шлюхи тыкали во что-то копьями, вереща при этом так, словно охотились крысу.
Краем глаза Шай заметила прореху между фургонами, а за ней – горланящую толпу пеших духов. Она слышала, как Темпл выдохнул что-то на своём языке, а рядом с ней застонала женщина – или это был голос самой Шай? Сердце выскакивало из груди, и она отступила назад, будто ещё один шаг грязи мог защитить. Все мысли о том, что нужно выстоять, остались в исчезнувшем прошлом, когда перед ней появился первый дух, сжимавший в раскрашенных руках огромный древний меч, бурый от ржавчины. Его лицо вместо маски закрывал человеческий череп.
И тут посреди них оказался Ягнёнок. Он рычал и хохотал, а его перекошенное лицо стало глумливой пародией на того человека, которого она знала, и внушало ужас ещё сильнее, чем любая маска духов. Взмах меча – и лицо-череп взорвалось брызгами черноты, а тело обвисло, как пустой мешок. Савиан на фургоне колол копьём визжащую толпу, Плачущая Скала била дубинкой, а остальные резали и выкрикивали проклятия на всех языках Земного Круга, оттесняя духов назад, выталкивая наружу. Ягнёнок снова махнул мечом, сложив косматую фигуру пополам, и отопнул труп, на котором стала видна огромная рана в спине с белыми обломками кости в красном. Он кромсал и крошил направо и налево, а потом поднял извивающегося духа и ударил его головой об обод бочки. Шай знала, что должна помочь, но вместо этого села на колесо фургона и стала блевать, а Темпл смотрел на неё, лежа на боку, и держался за зад, куда она ему попала мечом.
