– Кем бы ни был загадочный друг Тет, он поразительно умен, – заметила Ромэйн. – Заперев врата, он сделал так, что часть ключа осталась в Упорядоченном, с другой стороны. И если бы не нуады и их трижды проклятые жрицы…
– Врата бы никто не открыл, – закончил Халахэль.
Луна вновь показалась из-за облаков, и Ромэйн сумела разглядеть его задумчивое лицо.
– Они придут за нами, верно? – тихо спросила она. – Что нам делать?
– Продолжай свою войну, маленькая леди, а я разберусь с генералами. – Хэль мягко улыбнулся. – Я не позволю им завладеть камнями.
– Потому что это все, что осталось от Тет?
– Потому что я не хочу потерять еще и тебя.
Халахэль исчез и тут же появился за спиной Ромэйн. Он обнял ее, демоническая сущность окутала их прозрачной вуалью.
– Я сделаю все, что ты скажешь, – прошептал он. – Просто доверься мне и позволь защитить тебя.
– Я не могу. – Ромэйн вырвалась из его рук, расправила плечи и сказала: – Если ты считаешь, что я способна только на то, чтобы стоять за твоей спиной, то ты ошибаешься. Пусть я не так сильна, как ты или проклятые генералы, но я сделаю все, чтобы спасти своих людей и вернуть им мир!
– Хорошо, – неожиданно легко согласился Халахэль.
– Нужно вернуться в лагерь. И лучше не рассказывай все это остальным. Не хочу, чтобы они боялись тебя… и меня.
Она спускалась с холма, стараясь выглядеть уверенно, на самом же деле ее сердце колотилось как у зайца.
Что теперь она скажет лордам? «На нашей стороне древний демон»? «Я могу случайно убить кого-то из вас голыми руками»?
– Дерьмо, – выругалась Ромэйн и поскользнулась.
За ее спиной рассмеялся Халахэль.
Они двигались вдоль кромки леса, стараясь не уходить далеко от покатого каменистого склона, ведущего к тонкой полоске белого песка. Ветер трепал волосы Халахэля, чайки громко кричали в небе, на губах оставалась принесенная ветром соль.
Хэль наблюдал за Ромэйн и невольно вспоминал вкус ее крови, ставший ярче из-за силы Тет. Ему стоило большого труда держать себя в руках и не ползать у нее в ногах, умоляя дать еще – за годы, проведенные в заточении, он ослаб и нуждался в демонической крови как никогда сильно.
С каждым днем она нравилась ему все сильнее, эта девчонка со смешной прической. Светлые волосы немного отросли, и она стала похожа на нескладного юнца, только-только выпорхнувшего из-под родительского крыла. Халахэль все чаще замечал, что ему искренне хотелось защитить ее, помочь, сделать все, чтобы она победила в своей войне.
Он уже не был уверен, что дело только в его щенячьей преданности Тет. Маленькая леди сумела заслужить его уважение.
Хэль был уверен, что Ромэйн не станет требовать от него того, чего требовала бывшая возлюбленная: девчонка не прикажет ему убивать невинных, не позволит купаться в их крови, запретит рвать на части беззащитных смертных. А вот Тет это нравилось. Она наслаждалась насилием.
Нравилось ли это ему?
Тогда, много веков назад, он думал, что другого пути просто нет. Был уверен, что быть демоном – значит уничтожать все на своем пути, вести за собой армию эмпуссий и ламий, наслаждаться страданиями людей и криками, полными отчаяния.
Что же изменилось с тех пор?
Он, Халахэль.
Оказавшись запертым в саркофаге наедине с собственными мыслями, он много размышлял о вечном, о том, зачем был создан и куда в итоге его привела дорога, залитая кровью. Он разочаровался во всем, возненавидел себя и тех, кого называл братьями, даже Тет. Он злился на нее не за то, что с ее помощью демонов заперли в Фате, а за то, что кто-то сумел завладеть ее разумом и, возможно, сердцем. Кто-то кроме него самого.
Видя, как пробуждается демоническая сущность в Ромэйн, Халахэль старался сохранять невозмутимость, но в душе его бушевало пламя: он не знал, как ей помочь. На его памяти никто и никогда не поглощал демонов, разве что Эмпуса, но это было частью ее природы.
Ромэйн обернулась и сказала что-то Барнишу. Мужчина закивал.
– Привал! – скомандовала Фэй, останавливаясь.
– Мы вышли на рассвете, верно? – Мирай посмотрел на стремительно темнеющее небо. – Сейчас, должно быть, полдень.
– Но солнце скрылось, – подытожила Фэй. – Да.
– Это все магия, – сказала Ромэйн.
– Они что, решили устроить здесь вечную ночь? – фыркнул Барниш.
– Да, – ответил Хэль. – Демоны Фаты слабеют при свете дня.
– Откуда тебе так много известно о них? – спросила Фэй.
– Я просто хорошо образован.
– Правда? А мне кажется…
– Прекратите, – устало попросила Ромэйн. – Мы все прекрасно знаем, что Хэль прав. Давайте просто поедим и пойдем дальше.
– Разведу костер, – буркнул Ливр и принялся собирать сухие ветки, валяющиеся на земле.
Хэль посмотрел на него, и одна из веток вспыхнула.
– Какого хрена?..
Ромэйн повернулась к Хэлю и покачала головой. Тот пожал плечами и улыбнулся. Он, в конце концов, демон, а не создание из чистой энергии, призванное Матерью оберегать людей!
– Хэль, помоги мне подстрелить пару чаек, – попросила Ромэйн и начала спускаться по склону.
– Мне пойти с вами? – спросила Фэй.
– Нет! – отмахнулась Ромэйн.
