– Во мне нет крови Алых Шипов, подозреваю, дело в этом, – задумчиво сказал Савьер. – Безумие обошло меня стороной.
Они молчали до тех пор, пока Монти не спросил:
– Что мы должны делать дальше?
– Нужно убедить лордов объединиться, чтобы дать отпор демонам и избавиться от Верховной.
– Разве на ее место не придет новая жрица?
Савьер не хотел думать об этом, но знал, что не сможет игнорировать этот вопрос вечно. Демоническая угроза исчезнет лишь в одном случае – если нуад не останется. Им придется истребить целый народ, чтобы защитить жителей Свободных Земель.
Экипаж тряхнуло на ухабе, и Савьер отвлекся от мыслей, зачарованный улицами столицы.
Солнечные Земли некогда принадлежали Дому Серебряного Скарабея, но отделились от него много лет назад. Теперь жители Аша’таласа предпочитали считать свой город и окрестности частью Запретного Края, а не Фокаса.
Так как законы Матери, Мастера и Жнеца здесь были не больше чем пустым звуком, в Аша’таласе пышным цветом цвели пороки и работорговля. На улицах танцевали полуголые темнокожие юноши и девушки, зазывающие прохожих и приезжих в Обители Полутени. Браслеты с колокольчиками на их запястьях и ногах издавали причудливые, но приятные звуки.
Савьер разглядывал местных сквозь полупрозрачную вуаль, закрывающую непривычно большие окна экипажа, и не мог не отметить удивительную красоту местных – оттенки их кожи варьировались от цвета песка в пустыне до насыщенно-коричневого, а порой и почти черного. А глаза! Янтарные, похожие на расплавленное золото, густо подведенные сурьмой, они, казалось, источали мягкое теплое сияние. Черные ресницы, причудливые узоры, выведенные на телах хной, длинные волосы, похожие на шелковые водопады, – все это казалось таким чужим и таким манящим, что Савьеру приходилось то и дело одергивать себя, чтобы откровенно не глазеть на людей.
– Ваш народ прекрасен, – искренне сказал он сидящему рядом вельможе.
– Большая часть этих людей – рабы, – отмахнулся тот. – Вам еще предстоит увидеть настоящую красоту, милорд.
Аббар Карт, один из могущественных вельмож Аша’таласа, сам вызвался встретить Савьера и предоставил ему свой дом в качестве временной резиденции. Его кожа была цвета обсидиана, а некогда красивые черты лица теперь заплыли жиром. Второй и третий подбородки вельможи смешно дрожали на ухабах, а обнаженная грудь до неприличия напоминала женскую. Она неопрятными складками лежала на объемном животе, но Карта, похоже, это совсем не смущало.
Савьер кое-что знал о жителях пустыни: подобный внешний вид полностью соответствует статусу – в Аша’таласе худыми могут быть только рабы. Люди, имеющие в обществе вес, предпочитают ни в чем себе не отказывать. Их толстые шеи и свисающие с поясов животы – это признак статуса, буквально говорящий: «У меня есть деньги на еду».
До того, как город отделился от земель Дома Серебряного Скарабея, это была одна из самых бедных провинций Империи. В пустыне ничего не выращивали, туда ссылали преступников и тех, кто провинился перед лордом Бахметом. Что вдруг случилось и как появился Аша’талас, никто точно не знал до сих пор. Но, по легенде, город за одну ночь отстроили принцы-близнецы, вышедшие из пустыни к воде. Местные верят, что братья владели забытым магическим искусством.
Их статуи возвышаются на скале – два стройных юноши, держащиеся за руки, указывают на раскинувшийся внизу город. По ночам в их соприкасающихся ладонях зажигается огонь, который видно даже в самых отдаленных уголках Великой пустыни.
Сами жители Аша’таласа называют пустыню Белым морем и пересекают барханы на животных, которых вывели всё те же принцы: трехгорбые несуразные существа с уродливыми мордами способны обходиться без воды неделями, а питаются колючками, растущими среди песков.
Местные называют этих существ «джамали», и Савьеру пришлось запомнить это иноземное слово, потому что эквивалента на родном языке просто не существовало. Если переводить дословно, то джамали – это буквально «горбатый корабль».
Аша’талас – портовый город. Именно порт стал его сердцем, именно благодаря ему в городе появились деньги. Нынешний лорд Дома Серебряного Скарабея, Ардьяс, уже много лет кусает локти и надеется вернуть эти земли, но вельможи Аша’таласа заключили договор с Домом Золотых Пик, и как только Ардьяс вводит на территорию пустыни войска, сотни обученных копейщиков преграждают им путь.
– Господин Карт, – обратился Савьер к вельможе, – прибыл ли кто-то еще?
– Прибыли лорды Домов Бурого Лиса и Кричащей Чайки, – ответил тот, – и человек из Дома Большого Медведя. А еще, Эйо дай мне памяти, суровый мужчина из Дома Ледяных Мечей.
– Лорд Абботт? – удивился Савьер. – Вы уверены?
– Точно! Абботт, я уверен, милорд. Абботт с сыном.
– С сыном… – задумчиво пробормотал Савьер. – Разве он не изгнал его? Не лишил имени?
– Дела северных лордов нас не интересуют, – Карт пожал плечами. – Я ничего не знаю ни об этом лорде, ни о его сыне.
«Зато я знаю, что он присягнул на верность Лаверну», – подумал Савьер.
– Хорошо, что Абботт с нами, – сказал молчавший всю дорогу Монти. – Его люди сильные воины.
