— С тобой всё в порядке? — спросил он у Гвендалин, — Прости, я не знал, что так получится, — он весь трясся от шока и испуга за происходящее, не веря своим глазам.
— Ааа, это всё он! — вскрикнула неподалёку стоящая в толпе Джульетта, завидев бежавшего Фабиоса, и отпрыгнула, прячась за спинами Арна и Фреда.
— Семь Великих Столпов! — восклицал Корнелиус, — Не ребёнок, а чудовище! Демон!
Гвен же ничего не ответила, скромно отведя глаза. Но явно не боялась Огненного Мальчика, да и с его сестрой хорошо дружила. Ферро всегда были союзниками и соседями Виалантов с незапамятных времён. Та, к слову, не заставила себя долго ждать и с разгневанным видом подошла к мальчишке, с размаху ударив его по щеке, оставляя пылающий болью красный след, и завопила.
— Фабиос Ферро, ты в своем уме?! — начала вполне официальным тоном, а затем принялась с яростью кричать на него своим визгливым голоском сестра, — Что ты себе позволяешь, они же могли сгореть, и мы могли сгореть! Ты своей дурьей башкой думаешь вообще? — ударила Милена его другой рукой по второй щеке, — я тебя сейчас самого испепелю!
— Не надо, — попытался заступиться за него маленькая Гвен, — Не бей его, он же случайно! Правда?
— Спокойно, Милена, — подошли и успокоили её родители, — мальчишка будет отослан в Орден на совсем, — железным звенящим голосом заявила Камила.
— Лишен права наследия земли, и ещё ответит за свой поступок дома, — пригрозил тому отец.
— Мама, я пыталась унять огонь, но каждый раз, когда я снижала пламя, оно разгоралось снова, он совсем безумец! — плакала Милена, обнимая родителей.
— Ничего, моя девочка, ты пыталась, ты старалась, не все такие всемогущие, — погладила Камила дочь по волосам, — Пострадал кто-нибудь? — поинтересовалась она у собравшихся.
— Ваш сын едва не лишил жизни сына короля и двух его дочерей, — выскочил на них яростный Корнелиус, почему-то защищая интересы рода Дайнер, а не Виалантов, у которых был во служении, — умышленна эта попытка была или нет уже не суть важно! И других семей он чуть не лишил наследников!
— Купец Айвель сильно обгорел, — принялся в холодном чеканном темпе своим рокочущим могильным голосом отчитываться Витте Кромвелл, поглаживая свою маленькую чёрную бородку пальцами правой руки в задумчивом жесте, хоть он и был из числа последних подошедших к пожару, но уж точно хорошо видевший сейчас различные последствия, — Сын лорда Розенхорна также сильно обгорел. Жизни принца Джеймса Дайнера, графа Тодерика Торнсвельда и юных герцогов Арнорекса и Фредерика Мейбери были под угрозой, как падения с высоты, так и испепеления живьём, как и жизни других детей из знатных семей, одежды которых испорчены пеплом, углями и прожжены пламенем, а могли быть испорчены не наряды, а жизни!
Как оказалось, всё же всех деталей Витте не знал. Они с Дрейком не застали Стерна висящем на дереве, а сейчас граф-наследник Астелии уже куда-то ушёл вместе Норой Лендридж и её отцом. Скорее всего отвели его сушиться, переодеваться и греться. Может, найти его наставника, который должен был обеспечивать тому безопасность и присмотр, или же вместе чем-то перекусить, приходя в себя от случившегося.
В любом случае при таком количестве свидетелей кто-либо о Стерне ещё заявит. Сара обнимала сына Джеймса и крепко целовала его лоб и щеки. Немного придя в себя, она поддерживала слова Корнелиуса во всем, и сподвигала супруга к суду над семьей, подвергшей смертельной опасности их дорого сына, единственного сына в семье.
Все активно участвовали в происходящем обсуждении, кроме двух девочек семьи Дайнер. Маленькой Вирджинии до всего этого не было никакого дела, и она вдали от шумной компании собирала цветочки. А Анна была погружена вся в себя. Её уже не заботила ни чья-то участь, ни семья Ферро, ни даже подаренные сегодня днём подарки, дожидающиеся в родном замке. Её план провалился, провалился в который раз, как любой из предыдущих. Она не могла свыкнуться с этой мыслью, и была просто вне себя.
На удивление, она даже не боялась, что Фабиос ляпнет вслух, что это она его сподвигла и заставила. Ох, сколько раз она умела отвертеться и выйти сухой из воды в самых ужасных ситуациях, выкрутилась бы, наверное, и сейчас. Она была уверена в себе, но разочарована в своих способностях мыслить, в умении составлять план и добиваться своего.
— Да дело даже не в том, чьи именно это дети, — взывала к собравшимся незрячая Шьяна Лекки, — Вы просто подумайте, каждый из вас, а если б там были ваши? Главное, что это вообще были дети. Да к тому же сжигать в роскошном саду дуб вот так по желанию — это тоже явное преступление!
— Тем более! — едва не крикнул на неё Корнелиус, — покушение на сына короля ещё серьёзнее! По политическим предпосылкам оно может не только сорвать текущие своды законов, но какие-либо запланированные правки и указы. Подобное преступление может отпугнуть семью от принятия бремени управления королевствами вовсе! — на что он, видимо, всё-таки и рассчитывал, чтобы у Виалантов появился шанс.
