– Да мне плевать, – бросила Камеил, стойко терпя, пока Мелис намажет шею. Боль Девы выдавали лишь стиснутые зубы да покрасневшие глаза.
Камеил глубоко вздохнула, расслабляясь, и уставилась в пол, словно пыталась дырку там пробурить одним взглядом. Она была суровой женщиной с острыми скулами, узким подбородком и пронзительным взглядом, по-своему красивая. Наверняка многие мужчины хотели бы обладать ею, но Камеил ни перед кем не встала бы на колени. В этом они с Чедой были похожи: Чеда тоже ни за что не вышла бы замуж, не стала нянчить детей, не выходя за порог, пока муж управляет хозяйством. Но это не значило, что она должна остаться в одиночестве и никого к себе не подпускать.
Когда-то она думала, что сможет полюбить Османа, хозяина бойцовских ям. Он был умелым воином и любовником, но слишком дорожил тем, что имеет, боялся, что кто-то, например Чеда, станет угрозой его благосостоянию.
А Эмре… Как часто в Обители Дев она мечтала в полусне, что вот сейчас он проберется в ее комнату, стянет с нее одеяло, зажмет ей рот, не слушая протестов, и будет целовать ее то жестко, то нежно – так, как ей нравится… Все ее тело жаждало этого. Но порой она думала о другом мужчине – Рамаде, том дворянине из Каимира.
Он исчез, наверное отправился домой. Вряд ли они увидятся снова, и все же ей хотелось, чтобы он снова вернулся в посольство. Было у них что-то общее, что-то, чего ей не хватало в Эмре. Рамад понимал, через что она прошла.
– Что с тобой? – спросила вдруг Индрис.
– Что?
– Сидишь, смотришь в стену, как кошка.
Чеда покачала головой.
– Ничего.
Она встала и вышла на палубу. Ей хотелось побыть одной, но уединишься тут, когда корабль под завязку полон народу! В конце концов она уселась на корме у борта.
Вскоре какое-то движение в пустыне привлекло ее внимание. По дюнам, тронутым закатным солнцем, во весь опор бежал Керим. Чеда не видела и не чувствовала его с тех пор, как туннель завалило, но Камеил уже говорила ей, что асир успел сбежать в пустыню. Значит, скрывает свое присутствие. Она могла бы проглотить лепесток и заставить Керима говорить, но зачем? Пусть прячется, если это поможет его горю.
После заката капитан объявил привал. Все быстро поужинали и собирались уже отправляться на покой, когда Чеда подошла к Эмре и потянула его за рукав к дюнам. Сумейя смотрела, как они уходят, но, к счастью, ничего не сказала.
– Я думал, ты дождешься ночи, – сказал Эмре, когда они перебрались через песчаный гребень.
– Скоро выйдем на хороший песок. Сумейя наверняка потребует, чтобы мы гнали и ночью и днем, чтобы быстрее добраться до Шарахая.
– Ничего что она видит, как мы шушукаемся?
– Она знает, что мы близки. Ничего страшного, если мы прогуляемся под луной. К тому же после всего, что было в Ишмантепе, ты заслужил капельку ее доверия.
Пока они взбирались на следующую дюну, Чеда раздумывала, как бы поаккуратнее завести разговор о том, для чего она его сюда и вытащила.
Наконец она решила, что нет смысла ходить вокруг да около.
– Почему ты не сказал мне, что тебя послали убить Азиза?
Эмре оглянулся. Их никто не преследовал, но все же он дождался, пока корабль не скроется из виду, и лишь тогда заговорил.
– А что бы это изменило?
– Мы союзники, Эмре.
– Я даже не знал, получится у меня или нет.
– Но у тебя получилось. Ты все это спланировал. Эмре, на кону теперь не только твоя жизнь! Моя тоже.
– Знаю, Чеда. Прости. Он был предателем, переметнулся на сторону Хамзакиира. Через голову Исхака передавал ему деньги и припасы. Если другие подумают, что так можно делать, власть Исхака пошатнется.
– Если то, что Камеил выяснила у скарабеев, правда, она уже пошатнулась.
– Вот именно. И пока его окончательно не сбросили, нужно все это прекратить.
Исхак ее дед. Масид ее дядя. Чеда так и не смогла это до конца переварить. Ее первым порывом было промолчать, не говорить Эмре, пока не поймет своих чувств. Но ведь сама только что распекала его за то, что не поделился тем, о чем она имела право знать.
– Эмре, моя мама была дочерью Исхака.
Эмре остановился как вкопанный.
– Что? Ты уверена?
Чеда кивнула.
– Масид мне сказал.
Эмре задумался.
– Перед атакой на дворец Кулашана… я говорил с Масидом, – наконец сказал он. – И Масид сказал, что знал Айю, но откуда – не говорил. Теперь все понятно. У него был взгляд как у того вьюрка из сказки. Вьюрка, утащившего секреты Йеринде.
Чеда удивленно покачала головой.
– Как странно переплетаются наши жизни…
Эмре улыбнулся было, готовый отпустить какую-то шуточку, но вновь погрузился в раздумья.
– Я знаю, что они задумали, – наконец сказал он. – Масид, Хамид и остальные.
– О чем ты?
– Ты права. Я ничего не должен от тебя скрывать.
– Что они собираются сделать, Эмре?
– Пока Короли заняты акведуком, они нападут на три дворца.
– Которые?
– Я не знаю. Когда я ушел, они как раз ждали точных указаний.
– Но зачем? Хотят убить Королей?
Он пожал плечами.
– Не думаю. Кажется, им, наоборот, нужно, чтобы Королей в тот момент там не было.
– Почему?
– Я не знаю. В этих дворцах что-то спрятано. Может, золото, может, еще что-то ценное для них.
– Ты знаешь больше.
– Чеда, нет, я…
