Асир выбрался из песка, его тощее тело загораживало теперь выход. Из той же ямы появился второй, такой же согбенный: посмотрел на нее в упор, принюхался как собака.
В темноте рощи Чеда мало что могла разглядеть: длинные сальные волосы, тощие, как палки, руки и ноги, длинные обломанные ногти… Зато она хорошо чувствовала запах. Боги всемогущие, от них воняло как от сладких гнилью яблок! Чеда зажала рот, чтобы ее не вырвало, сглотнула набежавшую из-за лепестка слюну.
Из-под песка полезли еще асиримы, все ближе и ближе.
– Чеда, сюда! – донесся до нее мамин голос, но слова потерялись в странном хрипе.
– Сеид-Алаз! Сеид-Алаз! – закричала Чеда. – Пожалуйста, мне нужен Сеид-Алаз!
Асир присел перед ней на корточки, внимательно глядя в лицо, и что-то захрипел. Кажется, это были какие-то слова, но она не смогла их разобрать.
– Мне нужен Сеид-Алаз, – сказала она.
Асир буркнул что-то, подался вперед и обнюхал ее шею. По всему его телу прошла дрожь: от гнева? От возбуждения?
Но он не напал: встал посреди прогалины и поманил Чеду. Песок под его ногами начал проваливаться, остальные асиримы расступились. Чеда подошла поближе, неотрывно глядя, как его ступни, его щиколотки уходят в песок. Она ужасно боялась, что ее тоже утянет под землю, но какой-то асир вдруг толкнул ее вперед, а тот, что провалился уже по пояс, схватил ее за руку.
Чеда не успела даже вскрикнуть: песок поглотил ее, камни царапали со всех сторон. Земля стиснула ее, выбивая воздух из легких, но в следующее мгновение она – слава всем богам! – выскочила оттуда как пробка из бутылки и провалилась во тьму.
Приземлилась она не очень удачно, едва не подвернув лодыжку, но асир вовремя поймал ее и поставил на землю. А потом, взяв за руку сухими пальцами, потащил куда-то в темноту.
– Куда мы идем? – спросила Чеда. Асир ничего не ответил, но она чувствовала, что тропа идет под уклон и воздух становится все прохладнее. Они прошли пещеры, освещенные тусклым светом, льющимся непонятно откуда. Среди них встречались такие огромные, что у Чеды закружилась голова. Откуда они взялись такие?
Когда вокруг становилось темно, она ощупывала стены. Некоторые были твердые, некоторые – шершавые и колючие, иногда мокрые, скользкие. То и дело ее касалось что-то твердое, похожее на лозу, – корни. Она потянула за парочку корешков, и они отвалились. Но чьи они? Адишары?
Чеда окончательно потерялась во времени. Она должна была уже устать, но лепесток не давал.
В конце концов они вышли на перекресток ветвящихся коридоров и спустились еще ниже.
Где-то капала вода. Лепесток, кажется, перестал действовать, потому что Чеда начала мерзнуть.
Впереди забрезжил рассеянный сиреневый свет. Сперва он выглядел маленькой звездочкой, но постепенно разросся, и вскоре Чеда смогла разглядеть туннель – идеально круглый, словно вырытый каким-то гигантским созданием Гожэна. Тут корни торчали отовсюду – множество корней. Они устилали даже пол, делая его мягким и пружинистым.
– Что это за место? – спросила Чеда. Асир опять ничего не ответил, только сжал ее руку крепче, точно боялся, что она убежит. Как будто она смогла бы в одиночку найти дорогу назад! В этом лабиринте можно было блуждать до самой смерти.
Последний туннель закончился пещерой, такой огромной, что Чеда ахнула. Стены уходили вверх, расширяясь высоко под внушительным куполом, во тьме. В этой пещере оказалось еще больше корней, они покрывали все с пола до потолка. Как глубоко они тянулись? Может, на целые лиги до самого дна земли, где живут демоны?
С купола свисало что-то странное: корни сплетались в толстую косу, какая-то жидкость – вода, наверное, – стекала по ней на камень, прозрачный, как бугристое стекло, переливающийся изнутри сиреневым светом, таким ярким, что больно было смотреть после темноты коридоров.
– Что это? – спросила Чеда, щурясь от блеска.
Вместо ответа асир выпустил ее руку и подошел к сияющему камню. Чеда пошла за ним и увидела, что в корнях лежит еще один асир. Тот, что привел ее, подполз ближе, готовый в любое мгновение отпрыгнуть, будто уже подходил раньше и пожалел об этом.
Он прошептал что-то, и второе существо, хрупкое, с длинными руками и ногами, подняло голову, прислушиваясь. Сиреневый свет делал его кожу фиолетовой, как перезрелый баклажан. Существо с трудом сосредоточило на Чеде взгляд слезящихся злых глаз.
– Сеид-Алаз, – сказала Чеда, потому что кто это еще мог быть? – Моя мама, Айянеш Аллад’ава и пустынная ведьма Салия Дочь реки хотят, чтобы я с тобой поговорила… Они сказали, ты знаешь зачем.
И вдруг асир, которая привела ее сюда, – Чеда рассмотрела наконец, что это женщина, – сделала странную вещь: она потянулась к Сеид-Алазу и коснулась его щеки. На этот раз Чеда поняла ее шепот.
– Кровь моей крови…
