Он в ужасе остановился, потянул Чеду за руку. Она обернулась и увидела, почувствовала асира. Его присутствие давно ощущалось на краю сознания, но она думала, что это Керим. Теперь же, присмотревшись, она увидела золото, блеснувшее в лучах Рии. Как в ту ночь Бет За’ир, когда она впервые встретилась с тринадцатым Королем.
Сеид-Алаз вновь пришел к ней. Он не двигался, боясь, наверное, что его заметят с корабля, поэтому Чеда сама спустилась к нему, печальному, преданному братьями повелителю потерянного племени.
Он поднялся с песка, сгорбленный, с блестящими глазами. Эмре тоже подошел к нему, но держался на шаг позади.
– Почему ты пришел? – спросила Чеда, боясь ответа. Боязнь асиримов, внушенная ей в детстве, снова вернулась, стоило Сеид-Алазу шагнуть ей навстречу. От его хриплого дыхания ей было не по себе, но она не отступила.
– Я пришел… помочь тебе увидеть… – сказал он. Голос его шуршал как сухая осенняя листва. – Многое было скрыто от тебя…
– Что? Что было от меня скрыто?
В ответ Сеид-Алаз потянулся. Все ее тело кричало, требовало бежать, но она замерла в ожидании его прикосновения.
Стоило иссохшему пальцу коснуться ее лба, как мир растаял вокруг, песок ушел из-под ног, и она почувствовала, что падает в чернильную тьму.
Луны-близнецы, будто огромные фонари, освещали путь ялика. Айя сидела у руля, Салия – на носу, а Чеда съежилась между ними, чувствуя, как в животе ворочается ком, сжимается, как кусочек мокрой кожи, брошенный на солнце.
Она была уверена, что Салия слепая, но та постоянно поворачивала голову туда-сюда и наконец указала длинным пальцем куда-то вперед.
– Туда.
Айя выровняла курс. Луны были не совсем полными, ночь Бет За’ир еще не пришла, но это было слабое утешение, потому что Салия вела их к темному островку деревьев – цветущим садам, – и это было плохо.
Они сошли с ялика неподалеку от маленькой рощицы. Ведьма воткнула посох в песок, прижалась ухом к навершию, будто слушая, что там под землей. Она делала так несколько раз, подходя все ближе к деревьям, напоминавшим Чеде стаю сбившихся вместе черных гиен, готовых кинуться.
Однако стоило Салии подойти, как ветви, наоборот, отпрянули, как пчелиный рой от дыма, раздвинулись, образуя проход. Внутри видны были еще коридоры, словно кто-то нарочно создал тут лабиринт.
Они вошли в него – Салия впереди, Чеда за руку с Айей сзади, и ветки за ними вновь сошлись, закрывая проход. У Чеды мурашки побежали по всему телу: страшные деревья загнали их в ловушку!
– Чеда сама должна его позвать, – сказала Салия, разрушив напряженное молчание.
Айя присела перед Чедой на корточки, взяла ее руки в свои.
– Помнишь, мы говорили о нем, Чеда? Его зовут Сеид-Алаз, и он заблудился.
Чеда в ужасе уставилась на нее.
– Мама, я хочу домой! – адишары скрипели и скрипели вокруг. – Хочу домой!
Айя сжала ее пальцы.
– Не бойся. Просто позови его.
Салия обернулась к темной чаще.
– Позови его, дитя.
Песок рядом вздыбился, словно песчаный змей извивался под ним, пытаясь вырваться. Чеда отпрянула. Она знала, что это такое на самом деле, но боялась сказать, чтобы страшная штука не подползла ближе.
– Мама! Хочу домой!
Она зацепилась за вылезший корень и едва не упала на шипы, но Айя успела ее поймать.
– Будь храброй, прошу тебя. – Она указала на песок. – Позови его!
Чеда не знала, зачем им нужен «отец племени» и что с ним делать, когда он вылезет. Она понимала только, что надо убраться подальше, и, заметив проход между деревьями, побежала туда.
– Чеда!
Не слушая, она побежала дальше, но песок вдруг подался под ногой, утягивая ее вниз. Она завизжала, чувствуя, будто кто-то схватил ее за лодыжку.
– Чеда! Шипы!
Она с трудом вытянула ногу из зыбучего песка, пробежала через прогалину и нырнула под ветки, проползла через образованный ими туннель, надеясь, что он ведет в пустыню. Но впереди зияла еще одна прогалина.
Она попыталась найти выход, но деревья сомкнули ряды, как черные солдаты в шипастых доспехах.
– Мама!
– Чеда, вернись!
Она побежала обратно, но песок перед ней вздыбился, из-под него высунулась когтистая рука.
– Мама!
Она подумала оббежать асира, но испугалась, что он схватит ее, и замерла, попятилась, едва не наткнувшись на дерево, качавшее бутонами, будто рачок – глазками. Забраться бы на дерево, но мама рассказывала, что яд адишары убивает быстро и мучительно. Вторая рука поднялась из песка, показалась голова…
Чеду затрясло. Ей хотелось закричать, но она слишком боялась, что страшное черное существо кинется на нее.
Говорили, что едва проснувшиеся асиримы медлительные, но стоит им прийти в себя, как они становятся очень быстрыми и очень злыми. Чеда вспомнила Леору: какая она была безмятежная, будто ее ничто в мире не волнует. Вспомнила, как здорово стало, когда Леора дала ей лепесток: сперва было очень волнительно, но потом стало спокойно.
Она быстро вытащила из поясной сумки платок. Завернутый в него лепесток раскрошился, но не совсем в пыль: она взяла кусочек побольше и положила под язык, как учила Леора. Потом еще один.
