Кровавая луна полностью

— Ты знаешь, что «Дэвид Боуи» — это сценический псевдоним, а настоящая его фамилия — Джонс? Меня тоже на самом деле зовут не Прим — это прозвище. Так меня называют только в семье. И мне хотелось бы думать, что когда я женюсь, моя жена тоже будет называть меня Прим.

Он стоял позади нее и, наполняя бокал, свободной рукой гладил прекрасные длинные волосы гостьи. Если бы это было пару лет назад, даже пару месяцев назад, он не осмелился бы прикоснуться к такой женщине из опасения, что его отвергнут. Теперь же он был уверен в себе. Он полностью контролировал ситуацию. Конечно, помогло то, что ему выправили кривые зубы и что он начал ходить к нормальному парикмахеру, а также прислушиваться к советам по выбору одежды. Но не это было главным. Он словно излучал что-то, перед чем они не могли устоять, и осознание этого придавало ему уверенность. А уверенность была таким сильным афродизиаком, что притягивала сама по себе, без привлечения дополнительных средств. Настоящий эффект плацебо с накопительным действием.

— Наверное, я старомоден и наивен, — произнес он, возвращаясь на свое место. — Но я верю в брак. Верю в то, что у каждого есть человек, созданный именно для него. Верю искренне. Недавно я был в Национальном театре на спектакле «Ромео и Джульетта», и это было так прекрасно, что я заплакал. Эти две души были предназначены друг для друга самой природой. Вот взгляни на Босса. — Он указал на аквариум на невысокой книжной полке. Внутри плавала одинокая золотисто-зеленая мерцающая рыбка.

— У него есть Лиза. Его Лиза. Ты не можешь видеть ее, но она там, и они двое — единое целое, и будут единым целым, пока оба не умрут. Да — один умрет, потому что умрет другой. Как в «Ромео и Джульетте». Разве это не прекрасно?

Прим сел и через стол протянул к девушке руку. Сегодня вечером девушка выглядела усталой, опустошенной, потухшей. Но он знал, как заставить ее светиться вновь. Стоит только нажать на кнопку.

— Я мог бы влюбиться в кого-нибудь вроде тебя, — произнес он.

Ее глаза тут же загорелись, и на него дохнуло жаром. Но одновременно он почувствовал легкий укол вины. Не потому, что он манипулировал ею — потому что лгал. Он мог бы влюбиться, но не в нее. Она не была Единственной, не была предназначена ему. Она — дублер. С ней можно попрактиковаться, опробовать подходы, научиться говорить правильным тоном правильные вещи. Использовать метод проб и ошибок, потому что с ней можно ошибаться. Но в тот день, когда он признается в своей любви той самой Женщине, все должно быть идеально до последнего жеста.

Он использовал эту девушку, чтобы отрепетировать номер целиком. Ну, возможно, «использовал» не самое подходящее слово, ведь она вела себя более активно, чем он. Он познакомился с ней на вечеринке, где было множество людей куда выше него по статусу. Увидев, что она его даже не замечает, он понял: рассчитывать можно только на несколько слов. И он рассчитал, какие слова дадут нужный эффект. Похвалил ее фигуру и спросил, в каком зале она тренируется. Девушка коротко ответила, что посещает зал SATS[14] в районе Бислетт. Странно, он три раза в неделю бывает в этом зале, но ее там не видел — возможно, они приходят в разные дни? Она столь же коротко пояснила, что тренируется по утрам, а когда он сказал, что тоже приходит по утрам, была явно раздражена. А в какие дни она там бывает?

— По вторникам и четвергам, — ответила девушка, показывая, что разговор окончен, и переключилась на мужчину в облегающей черной рубашке, который как раз шел в их сторону.

В следующий вторник, когда она вышла из спортзала, Прим был рядом. Притворился, что случайно проходил мимо, а ее просто узнал, потому что они были на одной вечеринке. Она его не помнила. Она улыбнулась ему и хотела уйти — но тут же остановилась, повернулась, и, пока они стояли там, на улице, ее внимание было сосредоточено на нем. Она смотрела на него так, словно только сейчас по-настоящему уяснила, что он существует, и, конечно, удивилась почему не обратила на него внимания на вечеринке. Говорил он; она больше молчала, но все, что ему нужно было знать, сказал язык ее тела.

Она заговорила только после его слов, что они должны встретиться.

— Когда? — спросила она. — Где?

И когда он ответил — просто кивнула.

Она пришла вовремя в условленное место. Он нервничал — многое могло пойти не так. Но именно она проявила инициативу, сама расстегнула его одежду и, к счастью, не сказала ничего лишнего.

Он знал, что такое может случиться. Хотя он и Женщина, которую он любил, ничего друг другу не обещали, это все равно было изменой, не так ли? Предательством любви. Однако он убедил себя, что это жертва на алтарь его чувства, что он сделал это для Нее, что он поступил так, чтобы попрактиковаться к решающему дню, когда он должен будет оправдать ее ожидания как любовник.

И женщина с другой стороны стола подходила для такой практики.