Да, они были там, сидели рядком вдоль стойки бара, которая тянулась вдоль всей длинной стены. Молодые мужчины в костюмах, которые в настоящее время были в моде среди агентов по продаже недвижимости. Молодые женщины в юбках и жакетах — или в чем-то таком, что придало бы им «профессиональный» вид. У некоторых женщин действительно была работа, но Хелена могла выделить тех — слишком хорошеньких и в слишком коротких юбках, — кто больше интересовался перспективой не работать вообще, а найти мужчину при деньгах.
Она не знала, зачем по-прежнему приходит сюда. Десять лет назад о понедельничных обедах в «Даниэль» ходили легенды. Было что-то восхитительно декадентское и безответственное в том, чтобы напиваться и танцевать на столах не просто среди бела дня, а в середине первого дня рабочей недели. Это было еще и показателем статуса: излишество, которое могут себе позволить только богатые и привилегированные. Теперь здесь было куда тише. Теперь бывшее пожарное депо стало баром и рестораном с мишленовской звездой. Здесь подавали изысканные блюда, и элита с запада Осло ела, пила, вела деловые беседы, обсуждала семейные дела, строила отношения и вступала в альянсы, проводящие надежную черту между теми, кто получал доступ в группу «своих», и теми, кто оставался за ее пределами.
Хелена познакомилась с Маркусом именно здесь во время понедельничного обеда. Ей было двадцать три года, ему больше пятидесяти, и он был неприлично богат. Настолько богат, что когда он подходил к бару, все расступались. Казалось, все знали, чем хороша семья Рёд. И чем плоха.
Конечно, Хелена, была не так невинна, как притворялась, о чем Маркус, пожалуй, мог бы догадаться после первых двух раз, когда она осталась на ночь на его вилле в Шиллебекке, аристократическом квартале на западе Осло. Мог понять по ее саундтреку для занятий любовью, который словно был взят напрямую с порнхаба, и по тому, что от ее телефона всю ночь доносились звуки входящих сообщений, и по тому, что она выкладывала такие ровные дорожки кокаина, что он никогда не знал, какую выбрать. Но казалось, он не возражал. Как он утверждал, возбуждала его не невинность. Она не знала, правда ли это, но не придавала этому особого значения. Ей было важно, что он мог помочь с образом жизни, при котором она воплотила бы свою мечту. Мечта состояла не в том, чтобы стать трофейной женой[34] — красивым аксессуаром, живой витриной семейного благосостояния и тратить время на содержание и благоустройство загородного дома, социальных сетей и собственного тела и лица. Пусть такими вещами занимаются девочки-паразитки, что ищут в «Даниэль» подходящего хозяина, думала Хелена. А у нее были мозги и разносторонние интересы. Ее увлекали культура и искусство, особенно театр и изобразительное искусство, например архитектура — Хелена давно хотела изучать ее. Но самой большой ее мечтой было управлять лучшей школой верховой езды в стране. Не несбыточное желание глупой девчонки, а отличный рабочий план, составленный юной, способной и трудолюбивой девушкой, которая, поработав во многих конюшнях, поднялась по карьерной лестнице и стала инструктором школы верховой езды. Она презирала слова «помешанный на лошадях» и четко осознавала, какие нужно предпринять усилия для достижения своей цели, сколько вложить денег и какой потребуется опыт.
И тем не менее все пошло насмарку. Это не было виной Маркуса. Впрочем, нельзя отрицать, что он прекратил выплачивать деньги как раз тогда, когда в ее школе верховой езды заболели сразу несколько лошадей, и это вместе с неожиданной конкуренцией и непредвиденными расходами поставило перед ней барьер, который она не смогла взять в одиночку. Школу пришлось закрыть. Настало время найти что-то новое.
Не только в бизнесе. Они с Маркусом тоже долго не продержатся.
Говорят, что когда пара начинает заниматься сексом реже одного раза в неделю, конец отношений — только вопрос времени. Чепуха, конечно. С тех пор, как секс у них с Маркусом стал случаться реже раза в полгода, прошло уже несколько лет. Не то чтобы ее беспокоил редкий секс. Беспокоили возможные последствия. Она вложила все силы в жизнь с Маркусом и в школу верховой езды, ради этого она пренебрегла планами «Б» и «В». Она не пошла учиться ни в одно из учебных заведений, которое могла бы выбрать со своими школьными оценками. Не накопила денег, стала в каком-то смысле зависимой от мужа. Нет, не в «каком-то смысле» — она попросту зависела от его денег. Может, они были нужны ей не для того, чтобы выжить, но… да, именно чтобы выжить. В прямом смысле.
