Харри нажал «отбой». Вот о чем Катрина не хотела — или думала, что не может — сказать ему. Слюна. Слизь.
— Ну, куда едем, босс? — спросил Эйстейн, поворачивая ключ в замке зажигания.
— Это что, шутка? — спросила патологоанатом из-под маски.
Александра недоверчиво уставилась на открытый череп трупа, лежащего на столе перед ними. В порядок полного вскрытия входил разрез по окружности черепа, снятие верхней его части и осмотр головного мозга. На столе с инструментами лежало все необходимое: ручная и электрическая пилы для костей и Т-образный ключ для снятия верхней части черепной коробки. Но с Сюсанной Андерсен, вопреки установленному порядку, не пригодился ни один этот инструмент. Потому что после того, как они сняли швы и отделили и отложили на другой стол скальп с длинными светлыми волосами, стало ясно, что кто-то их опередил. Череп уже был распилен. Патологоанатом его верхнюю часть будто крышку. И вот она спрашивает, шутка ли это…
— Нет, — прошептала Александра.
— Ты меня разыгрываешь, — произнесла Катрина в телефонную трубку, глядя из окна кабинета на Ботспаркен — парк рядом с полицейским управлением — и на липовую аллею, ведущую к живописной старой тюрьме Ботсфенгселет. Люди не лежали на траве в одном нижнем белье, а сидели на скамейках, подставив лица ясному осеннему солнцу. Все знали, что сегодня, возможно, последний по-летнему теплый день в году.
Она вслушалась и поняла, что Александра Стурдза говорит всерьез. Впрочем, на самом деле она и не думала, что это шутка. Разве не этого она ожидала, когда в субботу впервые услышала от Александры о швах? Она тогда заподозрила, что они имеют дело не с обычным убийцей в здравом уме, а с сумасшедшим, которого невозможно найти, ответив на излюбленный вопрос Харри — «
— Спасибо, — сказала Катрина, положила трубку, поднялась с места и пошла через весь отдел в кабинет без окон, в котором когда-то работал Харри. Он отказался сменить кабинет на более просторный и светлый, когда получил повышение — должность инспектора. Возможно, потому Сон Мин и решил, что на время расследования этого дела его рабочее место будет именно здесь. А может, просто счел, что это помещение лучше других незанятых комнат, которые она ему показала.
Дверь была открыта, и, прежде чем войти, Катрина постучалась. Пиджак висел на вешалке — Катрина предположила, что ее принес в кабинет Сон Мин. Его рубашка была такой белой, что чуть ли не светилась в сумраке кабинета. Катрина поймала себя на том, что оглядывается в поисках предметов, которые были в этой комнатке, когда здесь работал Харри. Например, фотографии Общества мертвых полицейских[39] с портретами всех коллег, которых Харри потерял на службе. Но ничего прежнего не осталось. Даже вешалка и та новая.
— Плохие новости, — объявила она.
— Вот как?
— Предварительные результаты вскрытия придут через час, но Стурдза предупредила меня заранее. Сюсанне Андерсен не хватает мозгов.
— В буквальном смысле?
— Судебно-медицинское исследование с другими смыслами не работает, так что да — в буквальном. Кто-то вскрыл череп Сюсанны и…
— И…
— Удалил ее головной мозг.
Сон Мин откинулся на спинку офисного кресла — и Катрина узнала этот протяжный жалобный скрип. Скрипучее кресло. Эта изношенная развалина. Значит, что-то все-таки осталось.
Юхан Крон пронаблюдал, как Маркус Рёд чихнул, вытер нос очередным светло-голубым носовым платком, положил платок обратно во внутренний карман и откинулся на спинку вращающегося кресла Вегнера за столом. Крон знал, что это было кресло разработки Вегнера, потому что сам хотел такое же. Но средняя его цена составляла около тринадцати тысяч крон, и Юхан сомневался, что сможет оправдать такие траты перед партнерами, женой или клиентами. Кресло было простым. Элегантным, но ни в коей мере не позерским, и потому нетипичным для Маркуса Рёда. Крон предположил, что кто-то — возможно, Хелена — шепнул ему, что предыдущее офисное кресло — модель «Grand Executive»[40] фирмы «Vitra», с высокой спинкой, обтянутое черной кожей, — было слишком вульгарным. Но сейчас, как предполагал Юхан, двум другим посетителям этого кабинета было не до кресел. Харри Холе взял стул от стола для совещаний и сел перед столом Рёда, а второй посетитель — весьма сомнительного вида, похожий на капитана Крюка — устроился у двери. Харри представил его как водителя и главного ассистента своей команды, так что, по крайней мере, этот человек знал свое место.
— Скажи мне, Холе, — Рёд шмыгнул носом, — это шутка?
— Нет, — возразил Харри. Он сел, заложил руки за голову, вытянул длинные ноги и поворачивал их так и эдак, рассматривая свои ботинки под разными углами, словно раньше их не замечал. Крон отметил, что ботинки от Джона Лобба, но ему трудно было представить, что кто-либо вроде Холе может себе такое позволить.
