— Я тебе не верю, — сообщил Эуне. — Это рационально, но
Харри посмотрел на Эуне. Кивнул.
— Моя мать знала, что бога не существует, — сказал Эйстейн. — Но все равно была христианкой. Итак, кого еще мы собираемся, типа, исключить из числа подозреваемых?
— Хелену Рёд, — ответил Харри. — И парня, продававшего кокаин на вечеринке.
— Исключить Хелену имеет смысл, — согласился Эуне, — но почему наркоторговца?
— Потому что он один из немногих гостей вечеринки, чью личность не установили. И потому что он явился туда в медицинской маске и солнцезащитных очках.
— Ну и что? Может, ему еще не сделали прививку от ковида. Или у него мизофобия. О, прости, Эйстейн, это навязчивая боязнь бактерий.
— Возможно, он был болен и не хотел заражать других, — предположил Трульс. — Но все равно заразил. В отчетах говорится, что и у Сюсанны, и у Бертины через пару дней после вечеринки была высокая температура. Во всяком случае, они чувствовали себя неважно.
— Сейчас мы упускаем из виду самую очевидную причину, — добавил Эуне. — Так или иначе, наркоторговля — дело, которое никак не назовешь законным, и с этой точки зрения совершенно неудивительно, что он носит маску.
— Эйстейн, — окликнул Харри. — Объясни.
— Смотрите: если ты продаешь… допустим, кокаин, то, в общем, не беспокоишься, что тебя опознают. Полиция все равно почти наверняка знает всех уличных сбытчиков, но им нужны люди поважнее — те, кто стоит за этим. А если тебя и арестуют, то сделают это во время сделки, и тогда от маски будет мало проку. Так что все наоборот: если планируешь торговать на улице, то хочешь, чтобы покупатели узнавали тебя в лицо и помнили, что в прошлый раз ты продал им классную наркоту. И если предлагаешь доставку на дом — а похоже, тот парень именно таким и занимается, — еще важнее, чтобы клиент видел твое честное лицо и доверял ему.
Трульс издал хрюкающий смешок.
— Как ты думаешь, у тебя получится выяснить, кто был тот парень на вечеринке? — спросил Харри.
Эйстейн пожал плечами.
— Могу попробовать. В сфере доставки на дом не так много норвежцев.
— Договорились.
Харри сделал паузу. Закрыл глаза, снова открыл — будто мысленно перевернул страницу сценария, которому следовал.
— Поскольку мы собираемся придерживаться гипотезы о том, что убийца знал по крайней мере одну из жертв, давайте посмотрим, какие факты играют на подтверждение этой идеи. Сюсанна Андерсен направляется прямиком через весь город — из оживленной западной части центра в место, где она, насколько известно, никого не знает, где — опять же насколько известно — раньше не бывала и где мало что происходит по вторникам вечером.
— В некоторые ночи там черт знает что происходит, — отозвался Эйстейн. — Я вырос неподалеку.
— И что же она там делала?
— Разве это не очевидно? — спросил Эйстейн. — Встречалась с парнем, который ее прикончил.
— Хорошо. Будем работать исходя из этого, — резюмировал Харри.
— Круто, — оценил Эйстейн. — Со мной согласен ведущий эксперт страны.
Харри криво улыбнулся и потер затылок. Сегодня у него осталась всего одна порция алкоголя до суточной нормы, и скоро она ему понадобится. Остальные две он выпил по дороге из института судебно-медицинской экспертизы, когда они с Эйстейном сделали остановку у «Шрёдера».
— Ну и, кстати говоря, — продолжал Эйстейн, — я тут кое о чем подумал. Парень повел Сюсанну на прогулку по лесопарку Эстмарка, и у него все получилось, верно? Что-то вроде идеального убийства. Разве не странно, черт возьми, что Бертину он везет на Грефсенколлен? «Never change a winning team»[48] — разве это не работает и для убийц?
— Вероятно, для серийных убийц вполне работает, — рассудил Эуне, — если только повторение приемов не увеличивает риск быть обнаруженным. А к тому времени было объявлено, что Сюсанна пропала без вести в окрестностях станции Скюллерюд, так что в этом районе работали и полиция, и поисковые группы.
— Да, но как только стемнело, и те, и другие разошлись по домам, — возразил Эйстейн. — Никто не мог знать, что исчезнет еще одна девушка. Нет, этот парень не сильно рисковал, если привез ее на Скюллерюд. И ему, очевидно, этот район был хорошо знаком.
— Я не знаю, — проговорил Эуне. — Может, все проще: Бертина согласилась прогуляться с ним, но настояла на Грефсенколлене?
— Но от места, где она живет, до Грефсенколлена дальше, чем до Скюллерюда, и в отчетах говорится, что никто из тех, кого опрашивали полицейские, даже не подозревал, что Бертина когда-нибудь бывала на Грефсенколлене.
