Центр Петербурга хорош тем, что в нем множество тихих, неприметных улочек, уводящих от шумного и суетливого центра. Сюда не заглядывают туристы, здесь редко бывает многолюдно, арки закрыты, дворы недружелюбны. Люди предпочитают обходить эти улочки стороной, чуя в них угрозу, а местные, наоборот, прячутся в старых домах, в мелких коммуналках, наслаждаясь непередаваемой атмосферой.
Ей бы тоже хотелось жить здесь. Он смутно помнила, что много лет копила на покупку хотя бы комнаты в коммуналке, но так и не накопила, не успела.
Прекрасные улочки были пусты. Она двигалась в танце, не боясь встретить людей, в сторону круглосуточного супермаркета. Мелодия шептала и направляла. Хорошо было. Разве что тянуло низ живота, а уставшие мышцы простреливало болью.
В супермаркете тоже было пусто. За кассой сидела пожилая женщина в розовой безрукавке, да какие-то пьянчуги ошивались у закрытых полок со спиртным. Яркий свет внутри резко оттенял зарождающийся рассвет снаружи.
Она взяла тележку и следующие минут двадцать наполняла ее вещами из музыкального списка. Голоса из наушников подбадривали. Легкий бит указывал путь от одной точки к другой.
В какой-то момент, между полок с маринадом и полок с кофе, до ее плеча дотронулись сзади. Она развернулась и увидела перед собой двух алкашей. Оба были старые и очень потрепанные. Один улыбался, открывая за пересохшими губами провал беззубого рта.
– Что такая красавица тут делает? – донеслось до нее сквозь переливы мелодий.
Она шевельнулась в танце, мотнула головой. Не знала, задержаться на мгновение или пойти прочь. Второй алкаш потянулся к ее наушникам, приговаривая:
– Да ты послушай дядек, послушай. Нацепят, понимаешь, разного дерьма. Наколками обдолбятся, как зэки…
В уши ударила резкая боль, будто кто-то воткнул несколько игл в барабанные перепонки. Мелодия исказилась.
Не задумываясь, она отпрянула в сторону, схватила алкаша за ладонь и с хрустом сломала запястье. Алкаш удивленно вытаращился на обвисшую руку с растопыренными и подергивающимися пальцами.
– Ты что, сука? – пробормотал второй.
Она ударила его кулаком в губы, чувствуя, как вдавливаются в рот редкие зубы, потом развернулась и потолкала тележку к кассе.
За спиной глухо стонали и кричали какие-то угрозы. Но важно было другое: боль в ушах сразу же прошла. Мелодия выровнялась. Приятный мужской голос продолжил пение.
Выкладывая покупки на ленту, она снова начала танцевать, не обращая внимания на удивленный взгляд женщины за кассой. В конце концов, никому не должно быть до нее дела.
Пробивайте. Пробивайте марлевые повязки, кухонный нож, пачку морской соли, памперсы, витамин «цэ», гранатовый сок, резиновые тапочки, детские наушники розового цвета, набор лего, кило помидоров и книгу в мягкой обложке, название которой она не запомнила.
Кошелек остался в коттедже за городом. Но вы пробивайте.
Джон, щурясь на солнце, прикрыл глаза ладонью и сверился с адресом.
– Порно – двигатель прогресса, – говорил Джордж за спиной. – Парни, ну согласитесь, без порно вообще никуда. Его смотрят, читают, в него играют. Это самые большие деньги после ставок. И вот, прикиньте, будет сайт, где можно купить порнокомикс. Фишка в том, что в комиксе можно воплотить самые разные фантазии. Типа японского порножанра, как его…
Джорджа, по привычке, мало кто слушал. Полгода назад, когда они только въехали в служебную квартиру на севере Питера, Джон еще обращал внимание на болтовню напарника, но вскоре понял, что все его бизнес-идеи – это способ уйти от реальности, забить голову фантазиями и тешить себя мнимой надеждой, что когда-нибудь одна из идей «взлетит», принесет много денег и позволит выйти из группы.
– Хентай, – ответил Пол. – Только зачем нужны порнокомиксы, если есть хентай? Живые картинки прикольнее статистических.
– Это разная аудитория, – сказал Джордж. – Как с сериалами и полнометражными фильмами. Сечешь?
– Парни, давайте сосредоточимся на деле, – попросил Джон. – Заходим, обезвреживаем, отвозим в Студию и отправляемся отдыхать. Это должно занять не больше двадцати минут. Окей?
– Нам точно нужно идти вчетвером? – спросил Пол. Он жевал жвачку и нацепил на нос огромные солнцезащитные очки, которые делали его похожим на рок-звезду локального масштаба. Для полноты картины Пол обмотал шею зеленым шарфом. – Я один могу легко справиться. Даже не за двадцать, а за десять минут. Поспорим?
– Никаких споров. Есть четкая инструкция. Если продюсеры настаивают на четверых, значит знают лучше нас.
– Ага. Кабинетные крысята снова дают ценные указания.
Пол вызывающе оглядел остальных, но его никто не поддержал. Ринго, как всегда, молчал. Джордж пялился на хостел и как будто снова придумывал очередную идею.
– Пошли, – коротко бросил Джон и первым поднялся на крыльцо.
Хостел ютился в трехэтажном старом здании. Дверь у него была темная, тяжелая, коридор тоже темный и тесный. Половину пространства занимала регистрационная стойка, желтые лампы едва разгоняли полумрак. Лысый паренек за стойкой с любопытством выдернул из уха белую «ракушку» и спросил:
– У вас бронь?
