Меня передернуло еще раз. Дэн, прячась в подземельях, питался крысами несколько дней. Но на этом его приключения не кончились, его нашли сектанты! Подобрали, накормили, дали убежище, как могли вылечили.
Это открытие было невероятно, я не верила своим ушам. Неужели сектанты его не тронули? Или для своих экспериментов они использовали только чернокожих женщин? А белые, например, не годились, или жрецы боялись, что белых граждан будут тщательнее искать. В то время как речные жители очень часто исчезали, прихваченные водяными хищниками в качестве закуски. Пропажу чернокожей вампирши спишут на разгул аппетита у аллигаторов.
Дэн стыдился того, что предал меня, а теперь еще и ненавидел себя за то, что взял предложенную мной кровь, в результате я обо всем узнала. Благодаря моей помощи он не смог сохранить и крупицы достоинства, моя щедрость растоптала в прах его мужское самолюбие. Некоторые готовы страдать и терпеть лишения, но принять помощь от слабых выше их сил. Потому что это будет означать: они еще слабее и упали настолько низко, на самое дно. Ниже падать некуда.
Вампир не смотрел мне в глаза, а я не знала, как его утешить и исправить ситуацию. Меня жгла вина за его состояние.
Я готова была плакать от жалости к Дэну. Глаза сами собой наполнились слезами. Сама того не желая, я отстранилась и зажала рот рукой. Какой ужас! Как они смели! Когда вернусь в башню, обязательно поговорю с Дэреком, возможно, он что-то знает об этих жестоких людях, которым так интересна моя персона.
Вампир отвернулся к стенке, не желая видеть мою реакцию. Регенерация шла полным ходом, и я поняла: мне пора. Нужно уйти. Больше здесь разрушать нечего. Холодность Дэна – мое наказание. Дружбу я потеряла, пусть останутся хотя бы узы крови, связь с прошлым, с детством, ведь он выкормил меня, когда мне предстояло умереть.
– Знаешь, это смешно, но я сегодня внезапно вспомнила, как ты кормил меня, когда я была маленькая. И как тогдашний главарь банды отмутузил тебя за то, что я орала всю ночь, потому что у меня клыки резались.
Дэн немного повернулся в мою сторону. Лицо его по-прежнему хмуро, но это всего лишь чувства по инерции у упрямого мужчины.
– Сложнее было, когда ты потеряла молочные клыки, вот тогда я совершенно не знал, что с тобой делать и чем кормить.
Крысолов вздохнул и сел на своей убогой постели, хрупкий мир восстановлен. Из-под подушки вампир достал странный мешочек. Из него торчала длинная палка. Несколько несложных манипуляций, вспыхнул магический огонь, и я превратилась в застывшую мраморную колонну. Крысолов выдохнул к потолку облачко сладковатого дыма.
Если вампиры могут бледнеть, то, почуяв этот ненавистный запах, я стала белее снега.
Дэн, не замечая моего состояния, затянул завязки на расписном мешочке, повернул запястье, пригляделся и быстрым движением слизнул мелкие крупицы белого порошка. Зажав тонкую трубку в зубах, вампир удовлетворенно причмокивал, пуская облачка дыма. Рука каким-то вороватым жестом спрятала кисет под подушку.
– Дэн… – блеющим овечьим голосом протянула я. – Что это? – Глаза отказывались верить в то, что я видела.
Белая Смерть. Порочный сладкий запах терзал ноздри и вызывал голод. Видения бледной, измученной женщины, рассыпающейся в прах на моих руках, всплывали в сознании. Помотав головой, я попыталась справиться с неприятными воспоминаниями, иногда вторгавшимися в мои дневные сновидения.
После пары затяжек настроение крысолова изменилось, и он вполне добродушно ответил:
– Это, – он небрежным кивком головы показал на дымящуюся трубку, – новая религия. Ты мечтала когда-нибудь жить без всего этого? – Вампир как-то неопределенно обвел комнату рукой.
– Без чего? – тупо переспросила я, отмахиваясь от дымных спиралей. Они змеями подбирались все ближе, норовили взять в кольцо.
– Без крови. – В полумраке глаза Дэна светились красными отблесками. Но это был мягкий, осоловелый блеск сытого и довольного вампира, а не презрительный голод высшего.
– Как без нее можно жить? Она необходима для всего.
– Я имел в виду без жажды, без потребности в ком-либо. – Глаза вампира мечтательно уставились куда-то вдаль. – Представь себе: никто тебе не нужен, нет мучительного чувства голода. Ты ни в ком не нуждаешься, и самое главное… – Тут Дэн-крысолов сделал эффектную паузу. – Ты человек, не пьешь мерзкую, разбавленную кровь и не боишься солнечного света. – Вампир задумчиво почесал заживающие ожоги кончиками пальцев.
Спустя пару секунд недоумения я очнулась. Мне стало жалко друга.
– Превратиться обратно невозможно, Дэн. Не терзай себя, это все пустые бесплодные мечты. Наши предки выбрали за нас, и дороги обратно нет. Но даже в нашем положении есть плюсы.
– Плюсы? – зло переспросил он. – Какие же плюсы?
– Ну, – не сразу нашлась я, – мы практически не болеем, живем долго.
