Что ж, просто попытаюсь взломать этот магический замок и спуститься ниже, не настолько долго живу наверху, чтобы забыть воровские приемы.
Лифт вздрогнул и поехал сам собой еще до того, как я засунула шпильку в замочную скважину.
Мне не оставалось ничего, кроме как ждать, когда подъемник прибудет на место.
***
Я на самом верхнем этаже. Главное – не внизу, не в лапах у белых балахонов. Вспомнив женщину на плите и представив, как камень холодит мое обнаженное тело, я вздрогнула. Ребенок в животе недовольно толкнулся, как бы говоря: «Прекрати себя пугать и меня заодно». Я успокаивающе погладила выпуклую округлость.
Несмело заглянув в стеклянное гнездо, я обнаружила, что оно совершенно пусто. В смысле – ничего в нем нет. Где старик и его огромная кровать, сожранная мышами и молью? Где все вещи? Помещение под стеклянным куполом пустынно и гулко. Только ветер свистел в распахнутых окнах.
Стон, больше похожий на скрип несмазанной петли, заставил меня обернуться.
Никого.
Несмело шагнула к оконному проему, как пугливый зверек выглянула наружу. Стон прозвучал снова. Я высунулась дальше и отвернулась в ужасе. На второй ступени, опоясывающей по периметру верхний этаж, истекая кровью, висел лорд Дракон. Острые колья декоративной ограды мешали изуродованному телу сползти вниз. Половина туловища высшего обожжена солнцем, видно, его выбросили в окно еще до того, как светило село. Лицо некогда гордого лорда исполосовано глубокими порезами, а клыки вырваны. Пустые трубки капельниц качались на ветру. И несмотря на все это, древний вампир все еще жил.
Какой ублюдок сотворил такое с высшим, неизвестно, но у меня имелись смутные догадки.
Я вылезла из окна до половины, стараясь дотянуться до несчастного, вампир был слишком далеко.
Глаза, полные боли и страданий, наблюдали за моими тщетными попытками.
– Не старайся… Это мое наказание за грехи, – тихий, еле различимый шепот, скорее, даже не звук, а движение губ. – Я думал, что так будет лучше, но… опять все испортил. Единственное, что я сделал правильного в своей жизни, – создание этого города. Я только хотел, чтобы она была в безопасности. Наверно… ты ее дитя. Потому что она была последним чистокровным человеком в Блад-Сити. Взгляни в мои глаза. Я отдаю мой город. Тебе и Дэреку, он позаботится о нем лучше. Пусть будет проклят Алек…
Тело высшего, служившее ему две тысячи лет, стало рассыпаться. Трещины бежали по коже, образуя места разлома, куски плоти перевоплощались в прах и падали вниз.
Ужас был в том, что на бледном лице мертвеца все еще горели живые глаза. До последнего момента древний ощущал гибель своего тела.
Крупные капли слез на мгновение размыли мир. Я зажмурилась. Только вампиры могут так остро чувствовать. Только люди могут пережить такую сильную боль.
Когда я открыла глаза, остался только пепел.
Звуки голосов и работающего лифта вырвали меня из ступора. Я метнулась к выходу, потом назад к комнатам прислуги.
Меня грела слабая надежда на то, что где-то в служебном помещении должен быть «немой лакей». Небольшой подъемник для доставки пищи на этаж. Как-то же старик получал свои пакеты с кровью, их должны были привозить с завода или еще откуда-нибудь.
Не успела добежать. Портьеры откинулись, и в стеклянный грот со всех сторон шагнули сектанты.
Я попятилась, заметалась среди фигур, но нигде не было просвета. Капюшоны закрывали лица, а руки спрятаны в рукава. Сектанты двигались бесшумно, скользили, словно призраки. Верховные священнослужители новой религии встали плотным кольцом, сомкнув ряды и полностью окружив меня.
Внезапно я показалась себе очень маленькой и одинокой, испуганно дрожащей и судорожно держащейся за небольшой мешок с вещами.
Шорохи затихли. Только вампиры могут двигаться так плавно и стоять так тихо.
Я подняла взгляд.
Впереди всех стоял Алек.
Его белые волосы развевались, подхваченные сырым ветром, врывающимся в распахнутые окна. На его плечи небрежно наброшен белый плащ. На нем ничего не было из одежды, но это не смущало высшего.
Пухлые губы ласково улыбнулись.
– Я пришел.
***
Меня схватили за локти две крепкие и беспощадные руки. Не надо было оглядываться, чтобы увидеть адептов Белой Смерти, скрытых балахонами.
Алек вышагивал среди сектантов как король, все горящие взгляды были прикованы к нему. Не оставалось сомнений, кто здесь главный.
– Да начнется первый этап ПЕРЕВОПЛОЩЕНИЯ! Все в великий Храм!
Пол дернулся, я еле-еле устояла на ногах, чуть не покатилась кубарем, только стальные захваты удержали меня на месте.
К моему ужасу, вся площадка двигалась. Мрамор под подошвами ног вибрировал, мы опускались. Стеклянная комната на самой вершине небоскреба оказалась не чем иным, как гигантской лифтовой платформой.
Бетонная шахта вознеслась ввысь, оставив далеко позади маленькое пятнышко света, а после стены и вовсе сменились природным известняком. Столб посредине служил гигантской винтовой колонной, по которой платформа, медленно поворачиваясь, опускалась в самые недра Блад-Сити.
Гулкий удар сотряс подземелье, стекла громадной кабины задребезжали, мы достигли дна.
