Круглосуточный книжный мистера Пенумбры полностью

Ну такое. Я с трекпада запускаю вращение – мой 3D-магазин крутится вокруг своих осей. Я встаю, чтобы размяться, огибаю стол. Беру Дэшила Хэммета – к нему никто не притронулся с тех пор, как я сюда устроился. И это печально. Нет, серьезно: все несутся к полкам с какой-то белибердой, а «Мальтийский сокол» собирает пыль? Это не просто печально. Это глупо. Пора мне поискать другую работу. Этот магазин сведет меня с ума.

Я возвращаюсь к столу. Магазин еще крутится-вертится каруселью… и вдруг я вижу нечто странное. Один раз за круг темно-мшистое созвездие на миг обретает четкость, складываясь в картинку, на которой… Да быть такого не может. Я хлопаю по трекпаду, останавливая вращение, немного отматываю назад. Мшистое изображение обретает фокус. Другие созвездия тоже вписываются в картинку. Элемент из темного мха самый объемный, но и остальные прочерчивают линию подбородка или дугу глаза. Когда модель выравнивается, как если бы я смотрел на него из двери – примерно оттуда, где сижу, – созвездия оживают. Они образуют лицо.

Это Пенумбра.

Звякает колокольчик, входит он, и за ним тянется длинный шлейф тумана. А я не знаю, что сказать, словно язык проглотил. Передо мной сразу два Пенумбры: безмолвный проволочный каркас на экране ноутбука и старик в дверном проеме, на лице которого постепенно проступает улыбка.

– Доброе утро, мальчик мой. – Голос его весел. – Произошло ли ночью что-нибудь примечательное?

На миг я всерьез подумываю закрыть ноут и больше никогда не поднимать эту тему. Но все же нет: мне слишком любопытно. Не могу же я и дальше сидеть за столом, пока вокруг меня паутиной сплетается вся эта чертовщина. (У многих на работе творится черт знает что, я в курсе, да, но в моем случае это может быть что-то реально сверхъестественное.)

– Что тут у тебя? – спрашивает он. – Начал делать нам сайт?

Я поворачиваю ноутбук к нему:

– Не совсем.

Пенумбра с легкой улыбкой наклоняется к экрану, придерживая очки под нужным углом. Лицо у него вытягивается.

– Основатель, – тихо говорит он. И поворачивается ко мне. – Ты решил загадку. – Пенумбра хлопает себя по лбу, лицо расплывается в эйфорической улыбке. – Уже решил! Видишь его? Вот он, прямо на экране!

Видишь его? А это разве не… Ой. Пенумбра наклоняется поближе, и я понимаю, что допустил распространенную ошибку: для меня все старики на одно лицо. У человека на экране нос такой же, но губы – крохотной дугой. А у Пенумбры они плоские, но широкие, готовые расплыться в ухмылке.

– Как ты это сделал? – допытывается он. Пенумбра так горд, будто я его внук и только что выбил хоум-ран или нашел лекарство от рака. – Покажи свои записи! Ты использовал метод Эйлера? Или инверсию Брито? В этом нет ничего постыдного, сразу значительно сокращает неразбериху…

– Мистер Пенумбра, – торжествующе говорю я, – я отсканировал старый архив… – Тут до меня доходит, что я прокололся. Запинаясь, я признаюсь: – Я его взял. На время. С возвратом.

Пенумбра щурится.

– Да я знаю, мальчик мой, – беззлобно сообщает он. Пауза. – От твоего симулякра сильно разило кофе.

Вон оно что. Ну тогда ладно.

– В общем, я взял архив, мы его отсканировали… – (Его лицо меняется, теперь в нем страх, словно я не нашел лекарство от рака, а может, заболел им.) – В «Гугле» есть специальная машина, очень быстрая, и «Хадуп», он… ну, там тысяча компьютеров, и опа! – Я для наглядности щелкаю пальцами. По-моему, Пенумбра не понимает, о чем речь. – Короче, мы подтянули оттуда данные. Автоматом.

В микромышцах Пенумбры начинается тремор. Глядя на него так близко, я вспоминаю, что он очень стар.

– «Гугл», – выдыхает он, за чем следует длинная пауза. – Как любопытно. – Пенумбра распрямляется. У него очень странное лицо, эмоциональный эквивалент «Ошибки 404: страница не найдена». – Придется об этом доложить, – говорит он по большей части самому себе.

Стоп, кому доложить? В полицию? О хищении в особо крупном?

– Мистер Пенумбра, а нельзя было? Я не понимаю…

– Ну еще бы, – говорит он резко и пронзительно смотрит на меня. – Ну конечно. Ты ведь сжульничал… Можно так сказать? И следовательно, не постигаешь, чего добился.

Я смотрю в стол. Да, так сказать можно.

Когда я снова поднимаю глаза на Пенумбру, он уже смягчился.

– Но все же… ты это сделал. – Повернувшись, он уходит к Суперстарам. – Как любопытно.

– А кто это? – внезапно спрашиваю я. – Чье это лицо?

– Это Основатель, – говорит Пенумбра; его длинная рука скользит по одной из полок. – Тот, кто скрывается, выжидая. Годами смущая умы новичков. Годами! А ты вычислил его за сколько? Всего за месяц?

Не совсем.

– За день.

Пенумбра делает резкий вдох. Глаза снова вспыхивают, широко раскрываются и отражают свет окон, сияя электрическим синим светом, – такого я еще не видел.

– Невероятно! – ахает Пенумбра. И вдыхает еще глубже. Он потрясен, он в восторге; по-моему, он слегка спятил. – Но мне надо работать, – говорит Пенумбра. – Надо продумать планы. Иди домой, мальчик мой.

– Но…

– Иди домой. Осознаёшь ты это или нет, ты сегодня сделал нечто важное.