Чуть за полночь я быстро шагаю по Пятой авеню, косясь на темный массив парка через дорогу, на черные силуэты деревьев на фоне серо-фиолетового пятнистого неба. Из машин на улице только желтые такси, отчаянно кружащие в поисках заработка. Одно ярко мигает мне фарами, я качаю головой.
Ключ Декла со щелчком входит в темную дверь «Фестина Ленте компани» – и все. И я внутри.
В темноте мигает красная точка. Благодаря наводке от Декла я знаю, что это беззвучная сигнализация, которая сообщит о вторжении очень частной охранной фирме. Сердце бьется быстрее. У меня тридцать одна секунда, чтобы ввести код, что я и делаю: 1-5-1-5. Это год смерти Альда Мануция или, если верить рассказам «Жесткого переплета», – год его бессмертия.
В приемной темно. Я достаю из сумки и надеваю налобный фонарь. Это Кэт предложила его вместо обычного.
– Сможешь спокойно перелистывать страницы, – сказала она.
Фонарик освещает буквы «ФЛК» на стене, и они отбрасывают на стену резкие тени. На миг я задумываюсь о факультативном шпионаже – например, удалить базу данных книжных пиратов? – но заключаю, что и основная миссия достаточно рискованная.
Я шагаю по беззвучному пространству верхнего офиса, освещая фонариком кабинки справа и слева. Гудит и бурчит холодильник, многозадачный принтер отчаянно мигает, по экранам прыгают скринсейверы, освещая офис тусклым голубоватым светом. Помимо этого – ни движения, ни звука.
В кабинете Декла я не переодеваюсь и не сдаю телефон. Мягко толкаю полки, и они расступаются с поразительной легкостью – абсолютно бесшумные и невесомые. Тут все действительно отлажено.
За потайной дверью черно.
Внезапно моя миссия предстает совсем в ином свете, если можно так выразиться в подобных обстоятельствах. До сих пор я представлял себе Читальный зал точно таким же, как вчера: ярко освещенным и оживленным. И даже если здесь не окажется никого, кто будет рад видеть меня, сам я все-таки буду видеть. Но на деле я гляжу в черную дыру – космический объект, откуда не может выбраться ни материя, ни энергия. И я должен шагнуть прямо туда.
Я наклоняю голову с фонариком. Спуск будет небыстрым.
Надо было спросить Декла, где тут выключатель. Почему я не спросил Декла про выключатель?
Мои шаги сопровождает долгое эхо. Я выхожу в Читальный зал, и в нем царит кромешная тьма: самое черное небытие, какое мне доводилось видеть. Вдобавок жутко холодно.
Сделав шаг вперед, я решаю смотреть вниз, а не вверх, потому что так свет фонаря отражается от гладкого камня; если смотреть вверх, он исчезает в пустоте.
Хочу все отсканировать и свалить отсюда. Сначала надо найти любой стол. Их тут десятки, не проблема.
Я обхожу периметр, ведя пальцами вдоль полок, перескакивая с корешка на корешок, как с кочки на кочку. Другая рука вытянута и ловит сигнал, как мышиный ус.
Надеюсь, мышей здесь нет.
Вот. В луч моего фонарика попадает край стола; я вижу и тяжелую черную цепь, и прикованную к ней книгу. Вытянутые серебристые буквы на обложке охотно отражают свет: «Мануций».
Я достаю из сумки сначала ноутбук, потом разобранный остов «Угрюмблера». Собирать в темноте труднее, я слишком долго вожусь с прорезями и выступами, боясь, что сломаю картон. Потом достаю фотоаппараты и делаю тестовый снимок. Вспышка освещает весь подвал, и в эту яркую микросекунду я сразу жалею о содеянном: мое зрение убито, перед глазами плавают яркие фиолетовые пятна. Я моргаю и жду, думая о мышах, обычных и/или летучих и/или минотавре.
Мануций реально гигантский. Даже не будь он прикован к столу, не знаю, как его можно было бы отсюда вынести. Я неловко обхватываю книгу обеими руками, чтобы загрузить в сканер. Мне страшно, что картон не выдержит такую нагрузку, но физика сегодня на моей стороне. Конструкция Угрюмбла весьма устойчива.
Я приступаю к сканированию.
Внезапная вибрация. Кто-то пришел? Мой стол только что дрогнул.
И вот опять. Я пытаюсь сказать: «Кто здесь?», но слова застревают в пересохшем горле, и получается лишь легкий хрип.
Еще одна вибрация. Затем, не успеваю я даже состряпать жуткую теорию о Рогатом страже Читального зала – разумеется, это Декл-оборотень, – вибрация усиливается, вся пещера трясется и гудит, и я хватаюсь за сканер, чтобы он не упал. Меня окатывает волна облегчения, когда я понимаю, что это метро, всего лишь поезд метро проносится в соседнем каменном тоннеле. Грохот отдается эхом, затихает во мраке пещеры. Наконец поезд проезжает, и я снова берусь за дело.
