– Задача музея – сохранять вещи для потомков, – фыркает Табита. – У нас вот есть отдел с климат-контролем, набитый рождественскими свитерами.
Естественно. Я, знаете, уже начинаю думать, что весь мир – лоскутное одеяло безумных мелких сект со своими тайными хранилищами, базами данных и правилами.
Возвращаясь на поезде в Сан-Франциско, я набираю на телефоне три коротких сообщения.
Одно Деклу: «Я вышел на след».
Второе Нилу: «Одолжишь машину?»
Третье Кэт, просто «Привет».
«Единый универсальный склад долгосрочного хранения» – длинная и приземистая серая громадина, обосновавшаяся у шоссе неподалеку от города Энтерпрайз в Неваде. Въехав на узкую стоянку, я буквально чувствую, как эта безликая серая масса угнетает меня. Воплощенное уныние промзоны, но оно хотя бы таит обещание сокровищ. Сетевой ресторан «Эплби» в трех милях отсюда тоже был уныл, но про него точно знаешь, что внутри.
Чтобы попасть на склад, я прохожу два металлоискателя и рентген, после чего меня ощупывает охранник по имени Барри. Сумку, куртку, кошелек и мелочь из кармана конфискуют. Барри проверяет, нет ли у меня ножей, скальпелей, отмычек, шил, ножниц, щеток и ватных палочек. Оценив длину моих ногтей, велит надеть розовые латексные перчатки. Потом наряжает меня в белый комбинезон из тайвека, с резинками на запястьях и сапогами на ногах. Я выхожу на сухой и безупречный воздух склада совершенно инертным: я не могу ничего отломить, поцарапать, обесцветить, подвергнуть коррозии или вступить в реакцию ни с каким веществом в познанной нами вселенной. Хотя, наверное, лизнуть что-нибудь могу. Поразительно, что Барри не заклеил мне рот скотчем.
Шерил встречает меня в узком коридоре с немилосердными флуоресцентными лампами на потолке. Она стоит перед дверью, на которой большими черными буквами по трафарету написано: «Приобретение/Изъятие», но они как будто намекают на «Ядро реактора».
– Добро пожаловать в Неваду, дружище! – Шерил машет рукой и широко улыбается, демонстрируя щечки-яблочки. – Страшно приятно видеть тут новенького.
Шерил – женщина средних лет с черными кудряшками. На ней зеленый кардиган с симпатичным зигзагообразным узором и пыльно-голубые джинсы мом, а не скафандр из тайвека. На шее висит фирменный бейдж на ленточке – на фотке она выглядит на десять лет моложе.
– Так, дружище. Вот форма передачи артефакта в другой музей. – Она вручает мне хрустящий бледно-зеленый листок. – А это декларация о выдаче. – (Этот листок желтый.) – И еще вот это надо подписать. – (А этот розовый.) Шерил делает долгий вдох и хмурит брови. – Послушай-ка… Ваше учреждение не аккредитовано на национальном уровне, так что принести и подать мы не сможем. Это против правил.
– Принести и подать?
– Прости. – Она выдает мне айпад прошлого поколения в защитном резиновом чехле. – Но вот тебе карта. У нас теперь крутые планшеты, – улыбается она.
На айпаде изображен крошечный коридор (Шерил показывает пальцем: «Мы вот тут, видишь?»), который выходит в огромный пустой прямоугольник.
– А там склад. – Она поднимает руку, звеня браслетами, и показывает на широкие двойные двери в конце коридора.
Одна из форм (желтая) подсказывает мне, что шаблоны моего шрифта лежат на полке «Зулу-2591».
– А где она?
– Честно, не могу сказать, – признается Шерил. – Сам увидишь.
Этот склад – самое поразительное пространство, которое я видел в жизни. Не забывайте, что я недавно работал в вертикальном книжном магазине, а еще более недавно побывал в секретной подземной библиотеке. Вдобавок в детстве я видел Сикстинскую капеллу, а в научном лагере нас возили посмотреть на ускоритель частиц. Но до этого склада им всем далеко.
Очень высоко над головой висит потолок, ребристый, как в ангаре. А на полу лабиринт высоких металлических стеллажей, забитых коробками, канистрами, контейнерами и корзинами. Весьма незатейливо. Вот только стеллажи… стеллажи перемещаются.
На миг меня мутит – все плывет перед глазами. Все нутро ангара извивается, как черви в банке, причем со всех сторон – фиг уследишь. Стеллажи установлены на широких резиновых шинах и пользуются ими очень ловко. Полки смещаются резкими контролируемыми рывками, за которыми следует плавный спринт по прогалинам между другими стеллажами. Стеллажи останавливаются, вежливо ждут друг друга, сбиваются в стайки и образуют длинные составы. Что-то запредельное. Прямо как в «Ученике чародея»[24].
Значит, на карте айпада ничего нет, потому что склад перестраивается в режиме реального времени.
Тут темно, потолочного света нет, но на верху каждого стеллажа, мигая и вращаясь, светится маленькая оранжевая лампочка. По ходу сложной миграции эти лампочки отбрасывают непредсказуемые пляшущие тени. Воздух сухой – очень сухой. Я облизываю губы.
