Через несколько десятилетий, изобретя целую новую отрасль и отпечатав сотни томов, которые мы до сих пор считаем типа самыми красивыми книгами на свете, оба состарились. И придумали последний совместный проект – весь свой опыт, все свои знания они хотели упаковать для потомков.
Мануций написал свой
Герритсцон между тем готовил свой лучший шрифт – новый и смелый, с которым типография Мануция продолжит работать и после его смерти. Этот шрифт превзошел все ожидания – эти литеры и носят теперь его имя. Но в процессе Герритсцон сделал нечто неожиданное.
Альд Мануций умер в тысяча пятьсот пятнадцатом году, оставив по себе весьма откровенные мемуары. Согласно легендам «Жесткого переплета», он доверил Герритсцону ключ для расшифровки. Но за пять веков что-то потерялось в переводе.
Герритсцон не
«Герритсцон»
СЛАЙД № 7
Вот фото одного из пунсонов шрифта «Герритсцон»: буква
Вот поближе.
Вот еще ближе.
А вот вид через лупу моего друга Мэта. Видите крошечные насечки по краю литеры? Как зубчики шестеренки, да? Или ключа.
(У кого-то челюсть с грохотом упала на пол. Это Тиндал. Всегда можно рассчитывать на его впечатлительность.)
Эти крошечные насечки неслучайны. Они есть на всех пунсонах, на всех отлитых с них литерах, они повторяются везде, на всем шрифте Герритсцона. Чтобы это выяснить, мне потребовалось съездить в Неваду, а чтобы понять – услышать голос Кларка Моффата на пленке. Но если бы я раньше знал, где искать, я бы открыл ноутбук, напечатал что-нибудь «Герритсцоном» и увеличил на три тысячи процентов. В компьютерной версии насечки тоже есть. В подземной библиотеке «Жесткого переплета» не снисходят до компьютеров… но наверху, в офисе «Фестина Ленте компани», работают очень кропотливые оцифровщики.
Вот он, ключ. Эти самые зазубринки.
За пятивековую историю братства никто не додумался посмотреть так пристально. И в «Гугле» тоже не додумались. Оцифрованный текст был вообще другим шрифтом. И мы рассматривали последовательность знаков, а не их форму.
Шифр одновременно и сложный, и простой. Сложный потому, что
Зато дальше все просто: достаточно лишь подсчитать зубцы, что я и сделал – внимательно, через лупу, дома за кухонным столом; компьютерный центр никакой не нужен. Шифр из комиксов: цифра соответствует букве. Простая подстановка – и «Книга жизни» Мануция расшифровывается в момент.
СЛАЙД № 8
И это еще не все. Если выложить пунсоны по порядку, как в типографии в пятнадцатом веке, получится еще одно сообщение. От самого Герритсцона. Его последние слова, адресованные миру, прячутся на самом виду уже пять сотен лет.
Никакой жути, никакой мистики. Просто послание от человека, жившего очень давно. Но кое от чего мурашки бегут по коже: посмотрите вокруг.
(Все смотрят. Лапин вытягивает шею. Она, похоже, нервничает.)
Видите таблички на полках? «История», «Антропология», «Подростковые паранормальные романы»? Я и раньше замечал: они все набраны «Герритсцоном».
На айфоне он есть. В каждом новом документе в «Майкрософт Ворде» по умолчанию задан «Герритсцон». «Гардиан», «Монд» и «Хиндустан таймс» набирают им заголовки. Раньше «Британскую энциклопедию» печатали только им, Википедия перешла на него в прошлом месяце. А представьте, сколько им написано курсовых, биографий и учебных планов. Сколько резюме, предложений по трудоустройству, заявлений об отставке. Договоров и судебных претензий. Соболезнований.
Он везде. Вы видите «Герритсцон» ежедневно, и он все время был рядом, пять веков смотрел прямо на нас. Всё – романы, газеты, новые документы – несло тайное послание автора, спрятанное в колофоне.
Герритсцон нашел его, ключ к бессмертию.
(Тиндал подскакивает и взвывает:
– Так и что там? – И рвет на себе волосы. – Что в послании?)
Ну, оно на латыни. Гугл дал шершавый перевод. И не забывайте, что Альд Мануций при рождении получил другое имя: он был Теобальдо, и так его называли друзья.
Но вот оно. Послание Герритсцона в вечность.
СЛАЙД № 9
Спасибо, Теобальдо
Ты мой лучший друг
Это и было ключом ко всему
Братство
Шоу окончено, зрители расходятся. Тиндал и Лапин стоят в очереди за кофе в малюсеньком кафе «Пигмалиона». Нил все живописует Табите божественную красоту сисек в свитерах. Мэт с Эшли что-то живо обсуждают с Игорем и японцами, медленно направляясь к двери.