Атракс брёл вдоль ручья, выбирая подходящее место для ритуала. Ему нельзя было допустить оплошность. Если девушки или пегас заподозрят неладное, то хрупкое доверие, которое он смог получить, рассыпется на кусочки, и придётся действовать силой. Это создаст множество сложностей и шума. В разы проще было действовать тихо, подбираясь к ней осторожно, будто кот, что до поры до времени скрывает когти, двигаясь на мягких лапках. И всё же он не был уверен в своих действиях. Помня о том, что Верховный жрец не прощает ошибок, Атракс решил перестраховаться.
Подходящее место нашлось достаточно быстро, но в то же время было на хорошем удалении от той лужайке, где они остановились на ночлег. Он нашел небольшой участок вытоптанной земли, подобрал с земли палку и принялся чертить печать. Работать нужно было быстро, чтобы его длительное отсутствие не насторожило вторую девушку, но в то же время аккуратно, чтобы не ошибиться с рунами.
Закончив с печатью, он достал из голенища сапога ритуальный кинжал, задрал рукав и надрезал кожу на предплечье, активируя магию кровью. В полумраке леса, почти полностью погрузившегося в сумрак, можно было различить целый ряд шрамов — уже заживших порезов. Ровные, аккуратные, больше похожие на частокол. Атрак не сказал бы, что это слишком большая цена за ту силу, что он обрёл, да и чувство боли с каждым надрезом всё меньше замечалось.
Прошло пара секунд и из линий печати хлынула тьма. Чернота клубилась внутри круга, походя редкой рябью, а затем завертелась.
— Хм… — донеслось из черного марева.
— Прошу простить мне столь срочный вызов, — Атракс почтительно склонился, хотя знал, что собеседник не может его видеть. — Возникли некоторые сложности…
— Ты нашел её?
— Да, мой господин. Но зверь девушки — пегас, а не…
— Ты хочешь сказать, что я ошибаюсь? — в голосе собеседника не было ни намёка на эмоции, но Атракс вжал в голову в плечи, стараясь казаться как можно меньше.
— Ни в коем случае, я лишь хотел уточнить, та ли это девушка. Возможно, это я ошибся… Пегас подчиняется ей, как своей хозяйке и я подумал…
— Времени до нового цикла осталось мало.
— Прошу простить мне мою нерасторопность, господин, — в голосе юноши проскальзывали нотки отчаяния.
— Ты сам проведёшь ритуал. Всё необходимое будет ждать тебя в замке Лугдун.
— Но, Верховный, я не думаю…
— Я и так ждал слишком долго! — тьма в печати взорвалась, словно маленький вулкан черноты. — Ты проведёшь ритуал и привезёшь мне тень. Или есть какие-то ещё сложности?
— С девушкой есть сопровождение, но это не охрана, а так… Подружка. Но она может создать помехи.
— Избавься от неё и помех не будет, — устало проговорил собеседник.
— Как Вам будет угодно, мой господин, — Атракс почтительно склонил голову.
Тьма ещё пару секунд ворочалась, но потом рассеялась и остались лишь линии на земле. Атракс принялся торопливо затаптывать следы ритуала. Несколько травинок, которым не посчастливилось расти на том месте, где он начертил печать, засохли, но его не волновали такие мелочи, а вот время мелочью не было. Он посмотрел на небо — младшая Луна уже совсем истончилась. До нового лунного цикла осталась лишь пара дней. Если он не успеет, то Верховный жрец вполне может утолить горечь разочарования его сердцем, что не сильно радовало юношу.
Атракс бросил последний взгляд на землю — осталось лишь пара растоптанных сухих травинок. О недавнем ритуале ничего не напоминало. Он убрал кинжал на место, спешно достал из кармана тонкую повязку и, на ходу перевязывая руку, пошел обратно к костру. Времени оставалось мало, а дел нужно было сделать много.
Драккар, широко распахнув крылья, парил в потоках ветра. Эврен осматривал поля и рощи, что раскинулись под ним, но не видел ничего подозрительного. Если верить посланию Болина, а причин не верить советнику у Эврена не было, маленькая беглянка должна была прятаться где-то в долине. Драккар тоже не замечал ничего, что было бы похоже на пегаса.
Стоило отдать девчонке должное — в прятки играть она умела. Сперва Эврен решил, что Арнульф просто спрятал племянницу или сам организовал побег, но новость о том, что девица не только повстречала разбойников, но и умудрилась от них отбиться, его приятно удивила. Судя по всему, беглянка направлялась в Лес. С точки зрения Эврена это было глупо и безрассудно, кроме того, нарушало мирный договор между Эмитом и Лесом, что существовал с самого основания империи. Суть договора была предельно простой: люди не суются в Лес, а Лес не трогает людей. Девчонку нужно было поймать до того, как она наворотит дел.
