Элизабет не провела в Хэтфилде и трех недель, когда к ней явился Томас Перри, явно чем-то напуганный.
– Я только что вернулся с рынка, миледи, – пропыхтел он, отдуваясь. – Говорят… говорят, что кто-то замышлял убить королеву и посадить вас на трон.
– Кто? – похолодела Элизабет.
– Если верить слухам, он был не один. Но совет все раскрыл.
Элизабет охватила дрожь. Если ее пытались втянуть в этот заговор, то не было сомнений, что больше ей не позволят выпутаться.
– Трусливые глупцы! – воскликнула она. – Как они посмели устраивать заговор от моего имени? Они что, не понимают, что подвергли меня страшной опасности?
Она поняла, что в любой момент за ней могут явиться королевские офицеры. Их следовало опередить, написав оправдательное письмо. Она метнулась к столу.
«Я самая верная подданная вашего величества, – страстно заявляла она. – Я не имею никакого отношения к предательским заговорам».
Ответа не последовало. Через несколько недель мучительного ожидания Элизабет поняла, что его и не будет. Она заключила: либо у королевы не было никаких улик, либо никто из советников не отважился выступить против наследницы.Элизабет воззрилась на письмо с висячей королевской печатью.
– Как она смеет! – вскричала она.
– Что пишет ее величество? – осведомился Сесил, отрываясь от своих бумаг.
В последнее время он почти всегда находился рядом, выступая не только в роли сюрвейера, но и неофициального секретаря и советника.
– Она хочет, чтобы я вышла замуж за сына короля Филиппа, дона Карлоса, – с гримасой отвращения ответила Элизабет. – Во имя всего святого, ему еще десять лет, он горбат и к тому же сумасшедший!
– Зато он благочестивый католик, – криво усмехнулся Сесил.
– Настолько благочестивый, что мучает детей, слуг и животных! – парировала Элизабет. – Я слышала, он однажды откусил псу тестикулы.
Она в негодовании заходила по комнате.
– Королева мне мстит! Она давно замышляла нечто подобное. Она хочет, чтобы я покинула страну и вышла замуж в Испании, поскольку считает, что в этом случае я перестану представлять для нее угрозу. Что ж, я никогда на это не соглашусь, о чем немедленно ей напишу. Она не может заставить меня выйти замуж за безумца!
– Хорошо сказано! – улыбнулся Эшем с другого конца стола.
