Сначала памятник Пушкину решили установить в Александровском саду перед главным входом в Адмиралтейство. Но судьба распорядилась иначе. Незадолго до этого вновь проложенная по территории бывшей Ямской слободы Новая улица была переименована в Пушкинскую. Короткая, тесно застроенная современными доходными домами, улица имела прямоугольную площадь, будто бы специально предназначенную для установки памятника. Площадь украшал зеленый сквер, разбитый садовником А. Визе по проекту архитектора А. Некора. В центре этого сквера и было решено установить первый в Петербурге памятник поэту. Его торжественное открытие состоялось 7 августа 1884 года. Долгое время критика либо снисходительно относилась к произведению известного скульптора, либо вообще обходила его молчанием. Однако время достаточно объективно определило место этого памятника в жизни Петербурга. Особенно удачным кажется его установка именно на Пушкинской улице, проект которой разрабатывался одновременно с работой над памятником. Его появление лишь подчеркнуло ансамблевость застройки, создав в то же время некое удивительное подобие интерьера с памятником в центре воздушного зала с деревьями, которые удачно имитируют стены, поддерживающие свод неба. Невысокая, соразмерная человеку, почти домашняя скульптура поэта установлена на полированный постамент, вырубленный по проекту А. С. Лыткина. Вокруг памятника всегда играют дети, и Пушкин, конечно, же кажется им своим.
Одним из первых памятников полководцам в Петербурге был монумент Суворова. В 1801 году его отлили из бронзы по модели скульптора М. И. Козловского и установили в дальнем углу Марсова поля на берегу Мойки. Памятник представляет собой бронзовую аллегорию воинской Доблести и Славы в образе античного бога войны Марса с чертами русского полководца.
В 1818 гаду по предложению Карла Росси памятник перенесли в центр вновь созданной на берегу Невы небольшой площади. С этого времени в столице начало действовать неписаное правило: памятники полководцам, имеющим заслуги перед Отечеством, как и памятники царственным особам, устанавливать на площадях.
В 1837 году Россия торжественно отметила 25 лет со дня победоносного завершения Отечественной войны. К юбилейным торжествам готовилось открытие памятников героям Двенадцатого года – полководцам М. И. Кутузову и М. Б. Барклаю де Толли. Задолго до открытия памятников мастерскую скульптора Б. И. Орловского посещали писатели и художники, поэты и общественные деятели. Пушкин посвятил будущим монументам торжественные строки античного гекзаметра: «Здесь зачинатель Барклай, а здесь совершитель Кутузов». Бронзовые монументы установили на площади перед Казанским собором, который вот уже четверть века воспринимался как памятник войне 1812 года. Здесь, как уже говорилось, хранились трофеи Отечественной войны, знамена и штандарты неприятеля, ключи от восьми городов и семнадцати крепостей Европы. В 1813 году в соборе был похоронен Михаил Илларионович Кутузов. Алтарь собора был отлит из серебра, отобранного казаками атамана М. И. Платова у отступающих французов.
В 1941 году перед Ленинградом встала проблема спасения художественных ценностей мирового значения. Спасали и памятники. Одни из них снимали с пьедесталов и зарывали в землю, другие – укрывали мешками с песком, третьи – засыпали земляными холмами и обшивали деревянными щитами. И только памятники великим полководцам на протяжении всей 900-дневной блокады ничем не были укрыты.
Героическое поверье, связанное с этими памятниками, перекликается с легендой Отечественной войны 1812 года. Тогда надежды на то, что Петербург не будет захвачен французами, связывали с памятником Петру I и выражали эту надежду в наивных пересказах сна майора Батурина.
