Очевидная направленность и того и другого текста была столь понятна всякому петербуржцу, что заставляла боязливо оглядываться, вызывая в смущенном сознании целую цепь ассоциаций, намеков, воспоминаний. Много позже вспоминали пушкинское: «В нем много от прапорщика и мало от Петра Великого». Вряд ли Петр Карлович Клодт, работая над моделью конной статуи, был знаком с этой характеристикой Николая I из дневника Пушкина, но яркий талант скульптора, реалистическая направленность его творчества позволили создать блестящий портрет тщеславного, ограниченного и самодовольного человека, безуспешно тщившегося быть достойным своего великого предка.
Общий проект памятника принадлежит О. Монферрану. Но в создании его участвовали кроме него и Клодта архитекторы Н. Ефимов и А. Пуаро, скульпторы Р. Залеман и Н. Рамазанов. Это нанесло известный вред общему впечатлению от памятника. Восприятию главной художественной идеи мешает пышный пьедестал, перегруженный эффектными декоративными подробностями, украшенный аллегорическими женскими фигурами, в которых современники узнавали черты жены и трех дочерей императора. В то же время прекрасная скульптура коня, с поразительным мастерством поставленная на две тонкие нервные задние ноги, выдвигает памятник Николаю I в ряд лучших произведений монументальной скульптуры.
Эта озорная загадка-пирамида посвящена единственному в Петербурге сатирическому памятнику – конной статуе Александра III, – открытому 23 мая 1909 года на Знаменской (ныне Восстания) площади.
Такого радостного возбуждения петербургская общественность не испытывала давно. Жесточайшие уроки Русско-японской войны. Поражение революции 1905 года. Мрачная реакция. И вдруг в центре столицы, при въезде в нее из Москвы по железной дороге, в виду Невского проспекта, на одной из главных площадей – тяжелая фигура царя, пригвожденного к гробовидному пьедесталу и приговоренного ко всеобщему остракизму убийственным реализмом искусства.
Скандал разразился почти сразу. Общество раскололось. Негодовала реакция. Демократически настроенная часть населения приветствовала появление монументального произведения такой обличительной силы. Городской думе пришлось решать вопрос о праве статуи на существование. И только автор памятника, Паоло Трубецкой, итальянский подданный, воспитывавшийся вдали от «всевидящего ока» и «всеслышащих ушей», отшучивался: «Не занимаюсь политикой, я изобразил одно животное на другом».
Паоло Трубецкой приехал в Россию в 1897 году в ответ на приглашение преподавать в Московском училище живописи, ваяния и зодчества и принял участие в конкурсе на создание памятника умершему за три года до того царю. Одержав победу, скульптор приступил к созданию образа, еще не предполагая, что исполнит 14 вариантов модели, прежде чем добьется не только портретного сходства, но и полноты внутреннего содержания, воплотившего в себе наиболее мрачный период российской истории конца XIX века.
В 1937 году в связи с реконструкцией площади Восстания и прокладкой трамвайных путей по Невскому проспекту памятник сняли и, учитывая его высокую художественную ценность, передали Русскому музею. Хранился он во дворе музея и во время блокады едва не погиб.
В начале войны сотрудники Русского музея вырыли глубокую яму для захоронения памятника Александру III, но не смогли опустить в нее тяжелую бронзовую скульптуру. Тогда они стали ведрами и мешками носить песок с барж, стоявших на Мойке. Им удалось засыпать статую песком, обшить досками и сверху укрыть бревнами. И что же? Памятник Александру III оказался единственной в Ленинграде скульптурой, получившей прямое попадание артиллерийского снаряда. Но укрытие выдержало.
Долгое время в среде художественной общественности обсуждался вопрос о необходимости поместить памятник в городскую архитектурную среду, что, конечно, было бы актом справедливости по отношению к одному из интереснейших и редких образцов монументальной сатиры. В настоящее время он установлен во дворе Мраморного дворца.
