В то время как этот процесс светского образования открывал перед евреями и христианами огромные экономические возможности, он глубоко оскорблял мусульманское большинство, которое, будучи сковано границами своего культурного ареала и обречено на непроглядную нищету, вынуждено было наблюдать, как евреи и христиане становятся непропорционально богатыми и могущественными. В результате улучшение юридического и экономического положения евреев по иронии судьбы приводило к ухудшению их реального социального положения и угрожало их физической безопасности. Более того, на протяжении XIX в. во всех арабских странах, кроме Египта, рушилась власть закона, и потому все немусульмане становились беззащитными жертвами эксплуатации, вымогательства и разбоя. Особенно неблагоприятная ситуация сложилась в Ираке, где богатая багдадская еврейская община подвергалась таким преследованиям, что многие (в том числе семейство Сассун — предки нынешних знаменитых Сассунов) бежали в Иран, Индию и еще дальше.
В течение всего XIX в. евреи Среднего Востока, все более оевропеиваясь и урбанизируясь, стекались в крупные города типа Каира и Александрии. Древние бытовые традиции забывались; уже все носили европейскую одежду и следовали европейским культурным стандартам; женщины начали выходить из дома и участвовать в культурной жизни. Еще раньше, с начала века, евреи со всего Среднего Востока стали съезжаться в Палестину, где становились ремесленниками и предпринимателями; они начинали основывать сельскохозяйственные поселения и сажать цитрусовые сады — делая это независимо от переселенцев-сионистов, которые начали прибывать в конце века.
Приближалась первая мировая война, и еврейские общины на Балканах все больше страдали от местных проявлений национализма, потрясавших полуостров со времени восстания греков против турок в 1821 г. Какие бы ни происходили выступления, кем бы они ни проводились — греками ли, сербами, болгарами или румынами, в результате всегда гибли евреи, и эта закономерность лишь усилилась в период Балканских войн 1912—1913 гг. Когда Салоники, крупный центр сефардской культуры, пострадал от пожара в 1917 г., греческие власти запретили евреям отстроить свой древний квартал. И все же именно в этот период сефардская культура пережила свой поздний расцвет. Во всех крупных городах Балкан и Оттоманской империи издавались еврейские газеты на французском, турецком и ладино; расцветали поэзия и литература на ладино.
Исконным языком древних израильтян был иврит, но как разговорный язык он вышел из употребления к концу II в. Евреи обычно говорили на языках тех народов, среди которых жили. Примерно с 300 по 650 г. в Палестине преобладали арамейский и греческий, в Ираке — арамейский. Скоро после прибытия арабов в VII в. доминирующим языком на Среднем Востоке стал арабский, и на нем заговорили евреи наиболее значительных общин региона; в христианской же Европе евреи говорили на языках местных народов.
В Испании евреи тоже говорили на языках своих соседей: на арабском — во времена мусульманского владычества на полуострове, на испанском — во времена христианства. Переход был постепенным; когда он завершился, испанские евреи Испании говорили по-испански, распевали испанские народные песни, готовили испанские блюда (модифицируя их так, чтобы они были кошерными, т.е. приемлемыми для евреев согласно религиозному праву) и даже читали Библию по-испански.
После изгнания в 1492 г. испанские евреи, гордившиеся своим культурным наследием, принесли свой испанский язык и испанские обычаи на свою новую родину в Восточном Средиземноморье. (То же сделали португальские евреи, принеся свой португальский язык в Голландию и Англию.) Хотя они зачастую выучивали и новый язык, между собой продолжали общаться по-испански. В таких странах, как Турция и Египет, их испанский язык стали рассматривать как еврейский, потому что говорили на нем только евреи, тогда как местное население пользовалось арабским, турецким, греческим и многими другими языками. Таким образом, этот испанский язык приобретал еврейскую окраску. Его стали называть ладино или юдезмо (т. е. латинским или еврейским).
Говоря на испанском языке, евреи вплетали в него слова из иврита (относящиеся в основном к еврейским обычаям и ритуалам) и из местного языка, главным образом из турецкого. А поскольку они были отрезаны от большинства испаноговорящего населения в мире, их испанский язык развивался не так быстро и не в тех направлениях, как в Испании или Америке. В результате ладино напоминает испанский, на котором говорили в XV в. Его почти без труда понимают те, для кого испанский — родной язык, но звучит он для них примерно так же, как звучал бы для современных англоязычных людей язык Елизаветинской эпохи, если бы они столкнулись с каким-нибудь сообществом, до сих пор на нем говорящим.
