С декабря 1944 г. поэт сотрудничает в журнале «L’Éternel Revue»[27]. В конце 1946 – начале 1947 г. Тцара посещает Румынию, Чехословакию, Венгрию и Югославию. В связи с посещением им Бухареста С. Панэ во вставке к дневниковой записи от 6 декабря 1933 г. сообщает: «…направился на встречу с Виней в редакцию “Факела” (“Facia”). Поэт, с которыми скрещивал рапиру полемики на страницах “Уну” и “Современника” (“Contimporanul”), принял меня с особой любезностью <…> С точностью он сообщил мне названия журналов и газет, в которых сотрудничал Тристан Цара в 1916 г. Это “Символ”, “Новая румынская газета” (“Nouarevistâ românà”), “Зов” (“Chemarea”). Большинство публикаций появилось позже в “Современнике”. Их я имею. Я показал ему рукопись неизданного стихотворения “Сомнения” (“îndoieli”). Он удивился, что я обладаю таким сокровищем. Прочел рукопись раза два, оценив, что “она мила, не так ли?”. И вновь пробежал глазами рукопись. Он был восхищен, не хотел выпускать ее из рук. (Когда в 1946 г-н Тристан Цара прибыл в Бухарест, одним из первых его маршрутов стала улица Бочаров (strada Dogarilor)). Я показал ему эту рукопись, которую он тотчас признал и заверил ее аутентичность записью и рисунком на паспарту, где она была закреплена: “Саше Панэ от всего сердца, – вместо слова нарисовал сердечко, – это стихотворение, написанное в 1914–1915, мое” (под этими словами он нарисовал руку в направлении к подписи: “Тристан Тцара Бухарест 29 ноября 1946”. Затем еще начертал серп и цветочек вместо молота)»[28].

В 1947 г. поэт получает французское гражданство и вступает в Коммунистическую партию Франции. В СССР после забвения, вызванного войной, имя Тцары «возникает лишь в 1948 г. с двусмысленным определением “поэт-символист, коммунист”»[29]. В это время намечается переход Тцары к «новому гуманизму», граничащему с экзистенциализмом. В октябре 1956 г. поэт еще раз посетит Венгерскую народную республику, и в том же году он выходит из коммунистической партии, протестуя против ввода в страну советских войск. В 1960 г. Тцара вновь проявит свое политическое кредо, выступив против войны, развязанной Францией в Алжире.

В 1961 г. Тристану Тцаре присуждают престижную поэтическую премию Таормина.

ДАДАИЗМ И СЮРРЕАЛИЗМ. Дадаисты впервые заявляют о себе в начале 1916 г. в «Кабаре Вольтер», группировавшемся при цюрихском ресторане «Майерай» на Шпигельгассе. Почти «дадаистское» по своей хаотичности и жанровой неопределенности зрелище 5 февраля 1916 г. представила в кабаре Э. Хеннингс. Предположительно, название дадаистов восходит к фр. dada – деревянная лошадка (в детском языке). Известно лишь, что «Тцара, наряду с Баллем иХюльзенбеком, числится среди тех, кто нашел слово “дада” для обозначения нового движения в искусстве (дадаисты настаивали на том, что они ничего не придумали, но случайно нашли это слово в словаре)»[30]. Слово dada впервые отмечено в заметке Тцары («Chronique Zürichoise», 26 февр. 1916), а также в его предисловии к сборнику «Кабаре Вольтер» (май 1916)[31]. Другой источник сообщает, что слово «дада» впервые появляется именно в сборнике «Кабаре Вольтер»[32].

Идею заменить традиционный для немецких поэтических кабаре исполнительский жанр на сценическую импровизацию, в которой смешались бы все виды искусства, одобрили Т. Тцара, М. Янко, Х. Арп, Р. Хюльзенбек и Х. Балль. Дадаизм стремительно распространяется почти по всей Европе и проникает в Америку[33]. Менее всего это движение затронуло Россию, где уже утверждались футуристы-будетляне, ничевоки и заумь, чьи действа напоминают нигилистическую «поэтику» дадаистов[34].

Возможно, удачнее других поэтические опыты Тцары-дадаиста охарактеризовал в свое время ХX Рихтер, отметивший и лирическую составляющую его стихов, и «библейский гнев» нигилиста в искусстве и игровой задор автора, который «умел соединить лирику с агрессией, полемику с соловьиными трелями. Несмотря на его библейский гнев против искусства как такового, он не мог воспрепятствовать тому, что начинал служить ему, когда оно само говорило из него, а стихи искусные, как свежие цветы, били фонтаном из его дада-уст. Он совершенно не стыдился этого противоречия:

La Revue DADA 2Pour Marcel JancoCinq negresse dans une autoOnt exploses suivant les directions de mes doigtsquand je pose la main sur la poitrine pour prier Dieu (parfois)autour de ma tete il y a la lumiere humide des vieux oiseauxlunairesl’aureole verte des saints autour des evasion cerebralestralalalalalalalalalalalaqu’on voit maintnant crever dans les obus[35]
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже