– С корицей и ванилью, – продолжила я, будто не услышала его реплику. – Или чаем с молоком. А ещё лимонадом и какао. Люди будут приходить за атмосферой. Некоторые рестораны оформляют старыми книгами стены, чтобы передать уютную атмосферу старой библиотеки. Нам не придется это имитировать. У нас уже все есть!
Я подошла к дедушке и взяла за свободную руку. Она была холодной, а кожа тонкой.
– Все книжные магазины в округе закрылись. Я не хочу, чтобы наш стал одним из них. Этот книжный – наш дом, наша история. И я сделаю все, чтобы сохранить его.
Дедушка внимательно смотрел на меня, будто просчитывал в уме исход партии в шахматы.
Окинул взглядом книжные полки и наконец вздохнул.
– Как ты себе это представляешь?
Я закрыла рот ладонью, чтобы сдержать крик радости, и подошла к ближайшему стеллажу.
– Его придется сдвинуть, чтобы освободить место под пару столиков и глубоких кресел. Днем здесь можно будет присесть, отдохнуть и почитать, а вечером – обсудить книги. Я хочу организовать книжный клуб без жанровых ограничений. По понедельникам – триллеры, по вторникам – классика, по средам – фантастика, по четвергам – любовные романы, по пятницам – детективы. Что-то в этом духе. Пусть у каждого будет возможность найти то, что ему по душе.
Дедушка кивнул и, опираясь на трость и руку мисс Маккартни, двинулся за мной.
– Вот на этом подоконнике можно устроить что-то вроде пункта обмена старыми книгами. А ещё я думаю разрешить посетителям читать все книги, которые есть в книжном, пока они пьют у нас кофе. Может быть, взяв какую-то книгу наугад, они настолько в нее влюбятся, что либо заберут с собой, либо вернутся на следующий день, чтобы продолжить чтение.
Я прошла до конца помещения, где все ещё оставалось свободное пространство, изначально предусмотренное для дедушкиной кровати.
– Вот тут мы устроим детский уголок с креслами-подушками, мягкими игрушками и низенькими столиками и стульями. По утрам я могла бы читать детям сказки, пока их мамы отдыхают и читают что-то для себя.
Мисс Маккартни приподняла указательный палец на уровне груди, будто хотела попросить вставить слово, но не до конца доверяла себе.
– Натали? – спросил дедушка.
– Если это как-то поможет, то я могла бы по утрам делать на продажу сэндвичи и бейглы, а после обеда печь торты и печенье.
– Правда? – воскликнула я. – И даже ваши вкуснейшие лимонные бисквиты?
– Если ты, конечно, не против, Мелани.
Она потупила взгляд, зато я подпрыгнула от радости.
– Это было бы просто восхитительно, мисс Маккартни!
Моя идея принимала четкие очертания и нравилась мне все больше. Книжное кафе – идеальное место без предрассудков. И самое главное, с искренней любовью к книгам.
– Господи, как я рада, вы бы знали!
Дедушка мягко улыбнулся.
– Тогда давай приниматься за дело.
Продавать мотоцикл было больно. Я любил его, любил чувство свободы, которое он символизировал, но теперь я стал семейным человеком: Мелани шла в комплекте с дедушкой и, что-то мне подсказывало, с мисс Маккартни. А значит четырехместный Астон Мартин, подаренный Дугласом на совершеннолетие и простаивающий большую часть времени на парковке, был куда более подходящим вариантом, нежели «штуковина для самоубийц», как Ричард назвал мой Дукати.
– Черт возьми, вот это аппарат, – восхищенно пробормотал темноволосый парень. – Конфетка!
Вчера вечером он откликнулся на мое объявление о продаже мотоцикла, а сегодня подъехал к парковке у дома, где находились апартаменты, в которых я прожил последние десять лет.
Рано утром консьерж открыл для меня дверь, чтобы я мог собрать свои вещи. Оказалось, что их не так уж и много: одна сумка с джинсами и футболками, вторая – с кроссовками. Не густо.
– Подвеска огонь. – Он наклонился, чтобы рассмотреть детали. – Ни царапинки. Красавчик!
– Это она.
– Что?
– Её зовут мисс Бёрди.
Он хмыкнул.
– Руль слушается как надо?
Он провел ладонью по седлу, и мне с трудом подавил желание оттолкнуть его руку и потребовать, чтобы он не прикасался к моей малышке.
– Все тип-топ, – ответил я вместо этого.
Парень прищурился, глядя на глушитель.
– Ты когда газу даешь, люди оборачиваются, да?
Я кивнул.
Сколько ему лет? Двадцать? Умел ли он управлять мотоциклом, не подвергая опасности окружающих?– Подвеска огонь. – Он наклонился, чтобы рассмотреть детали. – Ни царапинки. Руль слушается как надо?
Он провел ладонью по седлу, и мне с трудом удалось подавить желание оттолкнуть его руку и потребовать, чтобы он не прикасался к моей малышке.
– Все тип-топ, – ответил я вместо этого.
Парень прищурился, глядя на глушитель.
– Ты когда газу даешь, люди оборачиваются, да?
Я кивнул.
– Красавчик!
– Это она.
– Что?
– Её зовут мисс Бёрди.
Он хмыкнул и обвел контур зеркала.
Сколько лет этому парню? Двадцать? Умел ли он управлять мотоциклом, не подвергая опасности окружающих?
– И чё, она не капризничает?
– Если с ней хорошо обращаться.
Он встал во весь рост и покачал головой.
– Дукати, да ещё в таком состоянии… Чувак, ты точно хочешь расстаться с ним?
Нет.
