– Под землёй, Дамиан.
– Она мертва?
– Нет! Она заперта в кладези Бездны с остальными злыми духами.
– А как же Рэдклифф?
– Всё, что сейчас может мастер, – лишь безобидные фокусы. Баловство.
– Почему же он не попал в кладезь?
– Шарлотта в тот день успела передать мастеру лишь малую долю того, на что она сама способна.
– Значит, её надо вытащить… И, кажется, я знаю как! – подумал вслух голем.
– Но не забывай, Дамиан, что тогда и мастер обретёт полное могущество магии. Так что подумай хорошо.
– Ясно. Отчитав меня, Рэдклифф запретил без него появляться в лаборатории.
– Этого следовало ожидать: любимый пёс хозяина, граф, графиня, детектив, кучер…Ты слишком далеко зашёл, Дамиан.
– Рэдклифф отобрал у меня эликсир… – вздохнул голем. – Хорошо, что он уже закончился, а то бы он с удовольствием вылил его на меня.
– Тем более, Дамиан, мастер уже знает секрет изготовления золота, так что, боюсь, ты ему больше не нужен…
– А как же эликсир бессмертия? Когда-нибудь я создам его!
Глава
XXXIII
Лонд лежал, раскинув руки между двумя могилами любимых женщин. Он тихо напевал печальную песню, но ком вставал в горле, и его голос то и дело срывался. Лонд уткнулся лицом в землю. К нему подошёл поникший Зор. Он выковал два креста – для жены и невестки.
– Довольно, сынок. Их не вернуть. Будь проклята эта гроза… Наведайся к Шенгалу, Лонд, он переживает за тебя.
– Скажи крёстному, – поднял голову молодой цыган, – что я ещё побуду здесь. Не могу никого видеть…
– Хорошо, сын. Шенгал передал вот это, – Зор насыпал в ладонь сына семена. – Говорит, из них вырастут белые цветы.
– А ведь мама была права… – вспомнил Лонд. – Джанго уже появился на свет.
– Как? Ты откуда знаешь?
– Неважно.
– Так, нужно обрадовать табор. Хоть одна добрая весть.
– Ты ступай, отец. Я тут сам всё сделаю. – Он поднялся с земли и взял у отца два больших распятия.
Зор постоял ещё немного, глядя на оба холма, затем совершил крестное знамение, поцеловав свою ладонь, и приложил к земле. Он зажмурил глаза, тихо произнёс молитву на цыганском и побрёл в табор.
– Эх, Шофранка, – вздохнул Лонд. – Как же мне тебя сейчас не хватает, сестра. Счастливая… Пока не знаешь…
Глава
XXXIV
Избранный второй день ни с кем не разговаривал. Он сидел в комнате и смотрел в одну точку.
– Так нельзя… – положила ему руки на плечи жена. – Поешь что-нибудь.
– Не хочу.
– Посмотри на сына, отвлекись хоть немного, любимый.
– Не могу, Шофранка. Прости. Я хочу побыть один.
– Хорошо.
Вуди лежал в постели. Он тоже отказывался от еды. Сейчас в нём сложно было узнать того острого на язычок, беспечного, жизнерадостного парнишку. Он молча смотрел в потолок застывшим взглядом.
– Вуди, к тебе можно? – постучалась к нему Шофранка. – Я принесла тебе чаю.
– Уйдите все! – монотонно ответил Вуди.
– Вы что, со своим братом сговорились? Голодаете оба, не говорите ни с кем.
– Оставьте меня в покое.
– Как хочешь. Но вам сейчас особенно надо быть вместе с Люком.
Олли долго наблюдал за взрослыми, а потом спросил:
– У нас дома теперь всегда будет так грустно?
– Нет, сынок, – ответила Ева. – Конечно, нет. Просто сейчас нам всем очень тяжело.
– А где Маркиан до сих пор?
– Надеюсь, скоро вернётся, Олли, – уверил Адам. – Он ушёл с каким-то своим знакомым.
– Это действительно странно. Его нет второй день. Надеюсь, с ним всё в порядке.
– Наверное, он учится играть на шарманке, – предположил Олли.
– С чего ты так решил, сыночек? – улыбнулась Ева.
– Шофранка сказала, что Маркиан ушёл с каким-то Шарманщиком, – пояснил мальчик.
– Что? – вскочил как ошпаренный Харли и выбежал из комнаты.
Олли круглыми глазами вопросительно посмотрел на родителей. Те в ответ лишь пожали плечами.
– Корс! Корс! – ворвался к нему карлик.
– Ты чего, Харли?
– Маркиан в беде! Он ушёл с Шарманщиком.
– Погоди, успокойся. Этого не может быть. Шарманщик остался в далёкой Кластинии.
– Чего вы так кричите? – забранилась на мужчин Шофранка.
– Шофранка, вот ты нам расскажи, с кем вышел из дома Маркиан?
– Как я поняла, это был его знакомый… А что?
– Как он выглядел, вспомни, – попросила Джина.
– Точно не помню, но глаза, кажется, светлые. Он грубо оттолкнул меня, – я Люку не стала говорить. Ещё он был слишком тощим. Я даже удивилась, как его тонкая шея выдерживает такую тяжёлую шарманку. Маркиан его сразу узнал: так и назвал его – Шарманщиком.
– Может, что-то ещё, Шофранка? – спросил Харли.
– Ещё? Да нет. Он просто назвал Маркиана лепреконом. Сказал: «Ты-то мне и нужен. Ступай за мной». Потом он завёл свою скрипучую шарманку, и Маркиан ушёл вместе с ним. Тут Джанго проснулся и заплакал, я закрыла дверь, и всё.
– Это он! – ударил в стену Корс.
– Кто? – удивилась Шофранка.
– Шарманщик, – ответила Джина. – Только каким образом он попал сюда из Кластинии? И как он смог найти нас?
– Откуда он? – переспросила Шофранка. – Из какой ещё Кластинии?
В комнату вошёл Адам и прикрыл за собой дверь.
– Харли, ты чего переполошил весь дом? Что происходит?
– Помнишь, ты недавно рассказывал, что где-то на пути в Лондон ты встретил Шарманщика? – спросил карлик.
– Ну, помню. И что?
– Тощий? – уточнил Харли.
