– Да… Это очень странно. – признался Люк. – Здесь никого нет.
– Или это была… муха, – допустил Харли.
– Что? – засмеялся Лонд. – Нет! Теперь мы во всем будем обвинять мух? Так, зачем мы здесь? – напомнил он.
– Ах, да! – вытер холодный пот Люк. – Дровосек! – окликнул он. – Дровосек!
Но поблизости не было ни души, лишь сухие пни и кочки.
Путники, осторожно озираясь, двинулись дальше, обходя торчащие из земли коряги.
– Тут не очень-то уютно, – сказал Лонд. – Надеюсь, это из-за погоды. – Он смахнул с волос холодные капли дождя.
– Ты помнишь, как он выглядит, Люк? – решил узнать Харли.
– Я видел его издалека. Но мне он показался хмурым.
– Неудивительно. Я бы тоже стал здесь хмурым. – промолвил Лонд.
– Замечательно! – съязвил Харли. – И где он, твой Дровосек, Люк?
– Откуда мне знать? Будем искать.
– Будем искать? – повторил сказанное карлик. – Ты что, не мог попросить тиару, чтоб она отнесла нас к Дровосеку?
– Я пожелал оказаться здесь, в этом месте, Харли, на котором мы сейчас стоим! Я ведь не знал, что Дровосеку заблагорассудится куда-то деться!
– Надо быть осторожнее с желаниями, Люк! Ты уже не маленький!
– Но, ведь это ты у нас знаешь весь Эрдей вдоль и поперёк, Харли! Мог бы и подсказать!
– По-твоему, я должен знать в лицо всех дровосеков Эрдея?
– Хватит! Что с вами? Прекратите оба!
– Лонд! Если бы не его ребяческое любопытство, то сейчас все было бы иначе!
– Но, Харли!
– Так было суждено, раз об этом упомянуто в Книге Жизней. Так что не надо искать виновных. Люк здесь ни при чем.
– Хорошо, – поднял руки карлик. – Убедил. Люк, извини. Я погорячился. Не хотел обидеть, просто…
– Да я сам себя виню! Но что сделано – то сделано. Пустыми разговорами тут не поможешь.
– Это точно! – согласился Лонд. – Тише! – прислушался он. – Что это?
Дождь наконец утих, и стал различим глухой стук топора. Только доносился он словно откуда-то снизу.
Неожиданно одна из туч спустилась на землю. Она зависла над головами путников и тотчас разорвалась надвое. Куски дымчатого облака стали проясняться, постепенно принимая женские очертания. Кало встал на дыбы.
– Мама… Лулладжа! – сразу узнал Лонд призраки любимых женщин.
Он не мог поверить глазам. У него невольно навернулись слёзы. А привидения, немного покачиваясь в воздухе, нежно смотрели в чёрные очи Лонда. На их полупрозрачных лицах промелькнули едва уловимые блаженные улыбки.
– Господи! Мамочка, родная… – шептал Лонд. – Лулладжа, любимая! Как мне не хватает вас… Не уходите.
Но призраки поманили за собой и, вмиг оказавшись у самого большого пня, указали на него.
– Они подсказывают нам путь, – догадался Люк.
Оказавшись у указанного места, друзья услышали стук топора ещё отчётливее. Кало стал бить копытом землю.
– Нам туда? – спросил Лонд.
Призрачные женщины кивнули в ответ.
– Нужно вырвать пень, – догадался Харли.
– Хорошо, – согласился Лонд, утерев слезу.
В отличие от других, этот пень был без корней и поднять его было не так трудно, как казалось.
Друзья, выполнив работу, хотели было поблагодарить призраков, но те бесследно растворились в воздухе.
– Куда же вы? Постойте! – обратил руки к небу, Лонд. – Не покидайте меня, прошу!
Пегас подошёл к хозяину и, пытаясь утешить, легонько лизнул его щеку.
– Эх, Кало! – выдохнул цыган.
– Лонд, – положил ему руку на плечо Люк. – Знаю, что все слова напрасны… Я разделяю твою боль. Я так понимаю, что ты чувствуешь, но…
– Им там хорошо, – сказал Харли. – Ты же видел, какие они светлые. Пусть и память о них будет светлой, друг. Не грусти. Они всегда будут жить в твоём сердце.
– Спасибо вам, – тихо ответил Лонд. – Спасибо. Ладно, – отмахнулся он. – Идём.
Внизу путников ожидала крутая лестница, так что Кало им пришлось оставить снаружи.
Осторожно спустившись по маленьким ступенькам, путники попали в поражающее воображение место.
Это оказалось просторное, достаточно светлое подземелье, в котором уместился целый лес искусных людских изваяний. Стояла звенящая тишина. Между таким количеством статуй едва можно было пройти. Мастерски вырезанные человеческие образы казались почти живыми.
Среди них путешественники узнали своих родных и знакомых, покинувших этот бренный мир.
Лонд замер у фигур матери и жены. Он, преклонив перед ними колено, совершил полное знамение и поцеловал их ноги.
Харли распознал уродливых ведьм – леди Гилмор и её дочери, а неподалёку от них располагалась статуя покойного барона – бывшего господина карлика.
– Моё почтение, милорд!
Люк встал, как вкопанный, у изваяния матери. На её лице застыла печальная улыбка:
– Мама… Как ты там? Мы тоскуем по тебе… Очень.
– Смотри, Люк! – окликнул Харли. – Узнаешь? – указал он на статую маленького пузатого человека.
– Король Кластинии?
– Верно. Хотя, признаться, его мне не слишком жаль.
– Король чего? – поинтересовался Лонд.
– Королевства Кластинии! – подсказал Люк.
– Никогда не слышал о таком. – Лонд приподнял бровь.
– А мы, к несчастью, там даже побывали, – вспоминал Люк. – Не самая радушная земля, Лонд.
– Да и король не самый гостеприимный. – закивал Харли. – Собирался казнить нас…
