Неожиданно путникам бросился в глаза необработанный ствол дерева, неспешно передвигавшийся в воздухе над статуями, затем он замер, перевернулся и встал, как вкопанный, среди остальных фигур. Следом из ниоткуда просвистел топор, прокрутился в воздухе, как волчок, и принялся искусно и точно вырезать новую статую. Из бревна постепенно вырисовывался образ человека, в котором Люк и Харли узнали голема.
– Это он? – спросил Люк у карлика.
– Не иначе…
Следом за ним появился ещё один ствол. Люк, затаив дыхание, следил за рождением нового изваяния. Это оказалась статуя Рэдклиффа. Но, в отличие от той, золотой, что стоит в его особняке, эта была деревянной и демонстрировала его изуродованное лицо. Люк отвернулся, не став ничего говорить друзьям.
– Что с тобой, Люк? – забеспокоился Харли. – Ты узнал этого человека?
– Узнал. Это человек, приказавший похитить мою дочь!
Горячий Лонд, едва услышав это, замахнулся на статую.
– Нельзя! – остановил его человек, которого было не видно за изваяниями. – Я ждал тебя одного!
– Меня? – догадался Люк. – Вы – Дровосек?
– Как и мои отец и дед, и все мужчины нашего рода.
Люк, протиснувшись вперёд, приблизился к Дровосеку. Тот, расположившись на широком пне, был занят занозами, торчащими из огрубевших пальцев. Наконец он поднял взор своих выцветших глаз. Поблёкшее узкобородое лицо обрамляли неприбранные горчичные волосы.
– Ещё мой предок усмирил сокрушителей судеб и поместил в узилище. Там они томились тысячелетиями. А ты…
– Но они казались мне безобидными золотистыми песчинками.
– Знаю. Но я ничем не могу помочь.
– Как? Ведь в Книге Жизней… – пытался перебить Харли, выглянув из-за статуй.
– Да, но у меня нет такого дерева.
– Какого – такого? – вмешался Лонд.
– Мне понадобится необычное дерево, а такие теперь не растут.
– Ясно, – почесал затылок Люк. – Что же делать?
Тем временем топор, доделав работу, со свистом вернулся в мозолистые руки лесоруба.
– Эти деревья стремительно растут… – известил Дровосек, откладывая острый инструмент в сторону. – Но ни одно не годится для узилища.
– И где найти подходящее? – начал выходить из себя Лонд.
– Нам дорога каждая минута! Мои дети, друзья, вся земля в опасности, Дровосек! – в отчаянии воскликнул Люк.
С этими словами в подземелье из ниоткуда появился некий нищий. Человек был в дряхлом тряпье, а его заросшее лицо выражало отчаяние. В трясущихся руках он держал обшарпанную шарманку.
– Шарманщик? – округлил глаза Люк. – Ты откуда здесь взялся?
– Из Кластинии.
– Не сидится на троне, Ваше Величество? – удивился Харли.
– Вы не поверите, – начал свергнутый король. – Это какое-то колдовство!
– Что случилось, Шарманщик? – обеспокоился Люк. – И куда подевалась твоя корона?
– Мухи, – ответил за него Дровосек.
– Простите, я не заметил Вас, – искал взглядом хозяина голоса Шарманщик. – Откуда Вы знаете? Кто Вы?
– Дровосек.
– Ясно. Извините, что ворвался к Вам без приглашения.
– Значит, они добрались и до тебя? – закрыл лицо Люк. – Это когда-нибудь закончится?
– Что значит, и до меня? Кто ещё пострадал, Люк?
– Не спрашивай. Это я виноват, Шарманщик. Поэтому мы здесь. Дровосек поможет избавиться от сокрушителей судеб.
– От кого?
– От проклятых мух!
Лонд, все это время с недоверием наблюдавший за Шарманщиком, наконец указал на статую пузатого человека и произнёс:
– Вы ведь говорили, что это – Король Кластинии!
– Верно! – пытался объяснить Люк. – Это покойный король, предшественник Шарманщика. А Вуди пожелал, чтобы Шарманщик взошёл на трон!
– Вуди пожелал? – удивлённо поднял бровь Лонд. – И как же ты попал сюда, король? – он намеренно сделал акцент на последнем слове.
– Лонд, наше знакомство было не самым приятным, знаю! Я прошу простить меня, пожалуйста!
– Ты не ответил на мой вопрос, Шарманщик!
– Хорошо. Когда моя корона превратилась в шарманку, а дорогое одеяние – в отрепье, то королевская стража решила отправить меня в темницу, приняв за чужака. Но с помощью шарманки я остановил их и покинул дворец. Потом долго скитался, и наконец нашёл доброго человека, который решил помочь мне.
– И что, этот человек был волшебником? – лениво спросил Лонд.
– Нет. Это был простой старец, которому оставались считанные часы. А волшебное вот это! – и он извлёк из кармана блестящий камешек.
– Что это? – стало интересно Лонду.
– Кристалл Желаний.
– Ты можешь попросить у него всё, что угодно?
– Не совсем. Нельзя оживлять умерших, желать бессмертия и увеличения желаний. И лишь единственный раз за всю жизнь! Если у тебя есть сокровенное желание, держи!
– Нет, благодарю! У меня их слишком много. Может, ты, Люк? Или Харли?
– Мы уже воспользовались камнем, – произнёс с горечью Люк.
– У меня есть одно желание, – тихо отозвался Дровосек.
Люк пожал плечами и глянул на Харли. Тот утвердительно кивнул Шарманщику.
Бывший король Кластинии, пробравшись сквозь деревянные изваяния, передал Дровосеку камень.
Все, насторожившись, обратили взоры к лесорубу.
Тем временем в мрачном замке Гилмора, среди пауков и пыли, зашевелились кусочки разбитого зеркала.
